Шаг за шагом




В конце 1969 года списочный состав коллектива увеличился до 65 человек, из них 13 — инженерно-технические работники. Директором предприятия был назначен Степан Алексеевич Васюк. С его именем связано интересное десятилетие технического вооружения и перевооружения предприятия. Строго говоря, оно при его руководстве стало в основных чертах тем, чем является сегодня.

Дирижером технической политики оставался, как и прежде, главный инженер Л. Д. Буров. Интересный как руководитель, как инженер, наконец, как личность, Леонид Дмитриевич умел собрать вокруг себя людей, увлечь их своими идеями, побудить к самостоятельному техническому творчеству. Инженер, как и учитель, писатель, ученый, изначально «запрограммирован» как творческая сила. Если творческое начало в нем ослабевает, он угасает как инженер, превращается в чиновника, в более-менее послушного и старательного исполнителя чужой воли, и только. Но ведь этим технический прогресс не продвинешь вперед ни на вершок. Увы, как написано в Евангелии: «много званых, да мало избранных». Среди ИТР и сегодня чаще встречаются исполнительные чиновники, инженеры лишь по названию, по диплому, чем «возмутители спокойствия» в области технического прогресса.

В том и состоит большая заслуга и роль Л. Д. Бурова как главного инженера, что он создавал вокруг себя некое силовое поле, всячески поощрял у подчиненных творчество. Думай, ищи, пробуй. Хоть ошибайся, набивай шишки на лбу, но прорывайся вперед, предлагай новые решения, и рано или поздно ты найдешь «выходы из безвыходности», твои поиски увенчаются успехом. Примерно такими были требования «главного» к инженерным кадрам.

Хороший дуэт получился у С. А. Васюка и Л. Д. Бурова, вспоминают те, кому пришлось работать с ними и под их руководством, кто вблизи наблюдал директора и главного инженера. «С ними было интересно», — вот общий вывод.

Заметим, что когда мы ведем речь о технической политике, то имеем в виду именно политику, говорим о перспективной линии работы, а не о механической сумме отдельных мероприятий и новшеств. Из таких мероприятий складывался начальный этап развития предприятия. Да и немудрено: наши пионеры начинали почти с чистого листа, наследство, доставшееся им, было бедным. С ним еще можно было какое-то время просуществовать, но уже невозможно было жить. Поэтому стартовые усилия и концентрировались на том, чтобы создать благоприятную основу для выработки планомерной технической политики, которая одна была бы в состоянии поднять предприятие на современный уровень.

Начало 70-х годов прошло под флагом газификации, автоматизации и диспетчеризации котельных. Мелкие, под-вальные были ликвидированы, нагрузки их переложены на реконструированные и потому более мощные. Новые котельные не строились — зачем? Васюк и Буров с единомышленниками пришли к выводу, и большинство ИТР их поддержало, что практичней расширять, модернизировать действующие по принципу «лучше меньше, да лучше». Поставьте в действующих котельных дополнительные котлы, и не маломощное старье, а современные, и вот вам основа для расширения зоны обслуживания тем же персоналом.

«Мозговой центр», как шутя называли на предприятии инженерную службу, понимал: чтобы все это не осталось благими пожеланиями и добрыми намерениями, чтобы хорошие идеи материализовались, нужна крепкая ремонтно-механическая база. Созданная на первых порах была и в кадровом, и в техническом отношении несовершенной, даже примитивной. Сейчас требовалось и новое оборудование, и, главное, новые кадры, грамотные и энергичные, опытные и работящие.

Но кто их принесет на тарелочке с голубой каемкой? Руководители предприятия рассуждали: поставь во главе любого дела не просто знающего, но заинтересованного и увлеченного человека, и это будет первым условием будущего успеха. Потому что «свояк свояка видит издалека» — он вскоре непременно найдет и приведет с собой компанию себе подобных. Талант всегда тянется к таланту и старается окружать себя талантами, всячески заботится об их росте, раскрытии. И тут главное не мешать ему, свои среди своих разберутся, найдут общий язык, поймут друг друга с полуслова. К сожалению, это важное правило забывается, игнорируется многими руководителями, и сколько вреда затем получается из этого.

К руководству обновленной, а практически, новосозданной ремонтно-механической службой пришел Виталий Александрович Стрембовский. Общительный, деловой, сам труженик и умеющий других заставить работать не за страх, а за совесть, хороший организатор, — вот кому были вручены бразды правления в ремонтно-механическом цехе.

То, что вместо кустарного старья в цехе начали появляться современные станки, аппараты, приборы — это одна сторона дела, другая, наверное, более важная — один за одним приходили на работу хорошие токари, слесари, электросварщики и другие мастера. Один Стрембовский знал и мог бы в минуту откровенности рассказать, откуда они берутся. Только он мог бы поведать, как около года он «обхаживал» своего знакомого с завода им. Коминтерна — электросварщика В. Н. Хархордина, пока таки не уговорил перейти на работу к себе. Зато какого мастера заполучил! Так же — и с М. С. Андрейчуком, С. Ф. Бабичем. С появлением в цехе таких мастеров сварки появилась возможность с их помощью натаскивать новичков, а также распрощаться с некоторыми прежними работниками, с которыми было больше мороки, чем пользы — с неумейками, лодырями, выпивохами.

На механическом участке точно так же прописались отличные токари А. А. Афанасьев и Е. Н. Федоренко. Настоящих мастеров видно с первого взгляда. Они прекрасно ремонтируют насосы, реставрируют, а надо — то и сами изготовляют запчасти. Старшим мастером в цехе который год уже работает Г. И. Рубан. Уважительно отзываются о ней все работники цеха: Галина Ивановна сказала, пообещала — значит, будет порядок. Ослушаться Галину Ивановну — грех. Ну, да у хорошей хозяйки иначе и быть не может.

Когда я вижу, наблюдаю таких людей, когда думаю о них, мне вспоминается, как в рассказе А. П. Чехова «Садовник» один персонаж, увлеченный садовод, говорит своему приятелю: «Весь секрет успеха не в том, что сад у меня большой и рабочих много, а в том, что я люблю дело — понимаешь? — люблю, может, больше, чем себя. И вот что я скажу тебе, дорогой: первый враг в нашем садоводческом деле не заяц, не мороз, не хрущ, а — чужой человек».

Это верно. Чужим, равнодушным, холодным не дается работа, словно не хочет иметь с ними дела, не желает открывать им свои тайны, а окружающие люди — свои сердца. Но вот приходит другой, и на первый взгляд как будто нет в нем ничего особенного, выделяющегося, а люди сначала интуитивно, затем со все большим интересом начинают тянуться к нему. За какое дело ни возьмется он, и работа у него словно играет, словно искрится в руках. И другим рядом с ним становится как-то уверенней и теплее. Это значит: появился лидер, пришел свой человек.

Так в разные годы пришли в наш коллектив Д. Б. Микитянский, Г. И. Рубан, А. П. Сердюк, В. Н. Хархордин, Н. Н. Темный и еще многие другие — свои люди, и стали по-своему незаменимыми, так что не поймешь: они ли созданы для этой работы, она ли была создана для них и ждала их. Когда я пришел на это предприятие в середине 70-х годов, они уже были, и мне здорово повезло, что выпало работать вместе с ними, рядом с ними, учиться у них, подзаряжаться, словно аккумулятор, от них, и профессиональной, и нравственной, духовной энергией. Но об этом речь будет еще впереди, простите, что увлекся и отвлекся, — встретил хороших друзей и заговорился.

Найти, выдвинуть и воспитать такие кадры — едва ли не главная заслуга и большая удача руководства предприятия. С такими можно было разворачивать серьезную техническую политику. И ее развернули, повели твердо, шаг за шагом поднимая качество работы предприятия и его трудового коллектива.

Обозначу лишь наиболее существенное, так как для более подробного рассказа потребовалась бы отдельная книга. Выше упоминалось о ремонтно-механическом цехе. Добавлю, что после реорганизации и укрепления его материальной базы здесь научились не только добротно ремонтировать насосы, крупную и сложную аппаратуру, которую получали чаще всего из Запорожья, но научились и сами кое-что изготовлять не хуже, чем на заводах. К примеру, элеваторные узлы иИли водоподогреватели: раньше их получали только с заводов. А наши Левши стали производить их даже лучше заводских, так, что представители некоторых смежных предприятий охотней покупали их у нас, чем с заводским клеймом. То же вышло и с водогрейными котлами НИИСТУ-5: мастера Стрембовского научились их изготовлять, и мы не только успешно использовали их у себя, но и без проблем сбывали излишки на сторону. Конструктор из ПТО В. П. Петров по поручению Бурова вносил в устройство этих котлов существенные изменения, совершенствовал их конструкцию, и они работали значительно лучше своих однотипных предшественников. А когда мы перешли на внедрение диаэрационных установок — разве неутомимые изобретатели из ремонтного цеха не освоили их изготовление у себя?

Не могу не сказать и о крутом взлете в эти годы электроучастка. Здесь сформировался коллектив высокопрофессиональных электриков. С разных предприятий города пришли они к нам и развернули работу — любо-мило было посмотреть! Организовали, например, в полном объеме ремонт любой котельной, даже вели хозспособом монтаж электросистем. Создали участки перемотки электродвигателей, — это тоже оказалось им по плечу, отпала нужда обращаться за дорогостоящими услугами к другим предприятиям. По заданию главного инженера работники участка очень грамотно выполнили сперва расчеты по автоматизации и диспетчеризации, в качестве первой пробы, одной котельной по ул. 40 лет Октября, а затем провели и саму диспетчеризацию...

Все это не просто примеры. Это ступени, этапы технической политики 70-х годов. Это словно — воспользуемся школьным сравнением — переход из класса в класс, из младшего в средний, затем в старший. Это этапы «взросления» коллектива. Что-то начиналось и делалось до меня, другому я был живой свидетель и участник. Скажу коротко: это было очень интересно, это захватывало и увлекало, словно поднимало над буднями, позволяло в черновой работе видеть горизонты завтрашнего, послезавтрашнего дня. 18 котельных из 27-ми, одну за одной диспетчеризировали наши мастера под руководством «мозгового центра», затем еще две. К сожалению, эти работы позже затормозились не по нашей вине — такое поветрие пошло по всей Украине. А жаль! Автоматизация и диспетчеризация позволяли высвободить значительное число рабочих, в частности, операторов, резко снизилась себестоимость тепла. Ну, а мы как мы: замахнувшись на какое-нибудь стоящее дело, непременно позволим дипломированным и чинопосаженным незнайкам и неумейкам в ответственный момент внести в него диссонанс. После, одумавшись, возвращаемся к нему снова, но уже занимаемся им без прежнего энтузиазма и интереса. И прошлые ошибки, просчеты, оплошности еще долго продолжают отбрасывать длинные тени.




 

Это начиналось так Отсюда — поворот