За власть Советов!




Уже к 1911 году завод утроил свою производственную мощность. Стоимость оборудования в его цехах достигла ста тысяч рублей, превзойдя в этом отношении даже судостроительные доки Вадона. А ведь еще незадолго до этого, в ноябре 1903 года, владелец доков хвастливо писал в деловом французском журнале «Энформасьон» о «широком просторе для капиталовложений судостроителей на счастливом месте впадения Днепра в море, где не может быть и речи о каких-либо местных сухопутных конкурентах».

Как видим, и русские капиталисты умели грабить трудящихся не хуже иностранных монополий. В 1913 году предприятие выпустило 35 тысяч единиц сельскохозяйственных орудий и вместе с Каховским заводом дало хозяину почти 4 миллиона рублей прибыли. Часть дохода он использовал на дальнейшее строительство. Но что из себя представляли даже наиновейшие цеха?

Это были мрачные каменные помещения с неоштукатуренными стенами и без пола. Совершенно никакого внимания не уделялось улучшению условий и безопасности труда. Газеты не раз писали, что в цехах-сараях постоянно и почти бесплатно трудятся около ста подростков, отмечали, что «мальчики работают при болторезных, сверлильных и других станках, где впору работать только взрослым». Подряд мелькали сообщения, что «мальчик Бреев, 14 лет, получил увечье, попав фартуком на открытый вал», а «другой, 13-летний мальчик, работая у бормашины, попал в нее, но счастливо отделался ранением».

Печальным, конечно, было такое «счастье». Людей, которые оказывались больными и даже получали производственные увечья, безоговорочно увольняли с предприятия.

Крепло чувство классового самосознания передовых рабочих. В условиях реакции и террора в 1912 году они создали больничную кассу, чтобы хоть за счет личных взносов помогать товарищам. Пытались возродить деятельность профсоюзной организации, но этому мешали меньшевики и эсеры. Они были против политических требований, выдвинутых машиностроителями во время забастовки 9 января 1913 года.

Но вскоре обстановка на заводе начала коренным образом меняться. В связи с расширением производства, освоением выпуска молотилок, а затем и нефтяных двигателей на завод стали прибывать квалифицированные и революционно настроенные рабочие с крупных предприятий Петрограда, Харькова, Одессы, Николаева. В апреле 1914 года сюда поступил работать слесарем освобожденный из таганской тюрьмы за участие в революции 1905 года большевик Иван Федорович Сорокин. Своей искренностью, прямотой, честностью, умением объяснить каждому суть происходящих в стране событий верный ленинец сразу завоевал авторитет среди рабочих. Уже через месяц они избрали его членом правления больничной кассы. В ней-то И. Ф. Сорокин и показал, как надо сочетать легальную и подпольную работу, к чему в тот трудный период призывала партия.

Под видом собраний пайщиков кассы на заводе все чаще устраивались политические беседы, коллективные читки «Правды». На добровольно собранные деньги в слесарном и монтажном цехах были созданы тайные библиотеки. Небольшие, они вмещались в инструментальных ящиках токаря Я. Леонидова и литейщика И. Левитуса, на обложках многих из книг пламенели слова: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»

И. Ф. Сорокин установил связи со старыми друзьями — большевиками Подмосковья, Одессы, Харькова, Николаева, получал от них нужные сведения, указания Центрального Комитета партии. Доставлять нелегальную литературу из Николаевской организации РСДРП помогал рабочий Степан Аксентиевич Новак. Ему вместе с Алексеем Ивановичем Лучанским и Львом Исаевичем Меламудтом было поручено также распространение газеты «Правда» в цехах. Все более активно участвовали в общественной жизни токари, слесари, кузнецы Федор Степанович Чайка, Иван Денисович Козодеров, Вениамин Григорьевич Исаев, Яков Иванович Куртин, Сергей Иванович Шепель, Яков Терентьевич Савченко. Усилия Сорокина были направлены на то, чтобы из рабочих, которые твердо стоят на ленинских позициях, создать заводскую большевистскую группу.

Такую организацию для постоянного руководства политической борьбой требовало время. В стране все шире развертывалось революционное движение рабочих, все более упорными становились стачки. По призыву большевиков 1 мая 1914 года в Херсоне намечалось провести общегородскую демонстрацию с митингом в Казенном саду. Однако, увидев в тот день с утра на улицах конные наряды полиции, рабочие ряда заводов не проявили нужной стойкости. До конца решительными в своих действиях были машиностроители, но и они, конечно, не смогли добиться успеха, потому что действовали в одиночку.

— А разве таким оказался бы результат, если бы в демонстрации участвовали все предприятия? — говорил товарищам Иван Федорович.

Он объяснял, какое значение имеет дальнейшее сплочение сил рабочего класса, его единодушие в условиях, когда царь, буржуазия усиленно готовятся к войне, чтобы не только достичь своих захватнических, империалистических целей, но и подавить революционное движение.

Херсон к тому времени также был охвачен предвоенным буржуазно-патриотическим угаром. Усердно помогали капиталистам обманывать народ эсеры и меньшевики, черносотенцы из губернского отделения «Союза русского народа», призывавшие беречь «классовый мир», «царя и отечество». При их участии производился отбор «наиболее верных и достойных» для работы в филиалах петербургских заводов — Металлического и Путиловского. Эти филиалы создали в Херсоне, чтобы ускорить строительство миноносцев. Иван Федорович Сорокин, Роман Григорьевич Рыжиков, Яков Тимофеевич Леонидов специально направились туда и сразу встретили там горячую поддержку сормовца Николая Федоровича Алексеева, коломенца Степана Ивановича Шорникова. Настойчивая агитационная и организационная работа на предприятиях дала свои плоды.

Как только весть о расстреле 3 июля 1914 года рабочих Петербурга дошла до Херсона, на предприятиях начали объявлять протесты-забастовки. Рабочие колонны дружно двинулись к центру города, выражая гнев и возмущение новыми кровавыми действиями царя. Повсеместно был организован сбор средств для бастующих Питера и в фонд большевистской «Правды».

«Это было первое массовое выступление рабочих всего Херсона, доказавшее несокрушимую мощь пролетарского единства»,— делился впоследствии в своих воспоминаниях И. Ф. Сорокин.

А через несколько дней началась мировая империалистическая война. Проповедники защиты буржуазного строя сопровождали эту страшную весть колокольным звоном церквей, торжественными манифестациями с царскими портретами, бравурными маршами, молитвенными песнопениями «Боже, царя храни!», шовинистическими выкриками.

Вначале этот чад отравляюще подействовал и на некоторых машиностроителей. Завод переключался на выполнение военных заказов, делал снарядные гильзы, гранаты, тачанки, саперные лопаты, телефонное оборудование. Ему было поручено также производство токарных станков для других военных предприятий. В расчете на огромные прибыли владелец развернул ускоренное строительство сталелитейного цеха с мартеновскими печами и отделением для выпуска ковкого чугуна. Работа на заводе стала круглосуточной, число работающих на нем достигло тысячи человек.

И это несмотря на поголовную мобилизацию. На фронт администрация старалась отправлять в первую очередь «неблагонадежных», а принимала на их место в основном сынков предпринимателей, купцов, кулаков, домовладельцев, стремившихся и, разумеется, не бесплатно, любыми путями получить заветную для них бронь и спастись от призыва. На вспомогательных работах появилось много женщин, детей, стариков. Условия труда в цехах ухудшались, еще более снижались заработки. В то же время в городе, как и во всей стране, дорожали продукты, за которыми еще с вечера люди занимали очереди у магазинов.

Нужно было дать твердую отповедь шовинистам, звавшим всех «не щадить живота во славу родной земли». Эту важную задачу и взяла на себя тогда еще малочисленная, но сплоченная своим единодушием и высокой организованностью заводская большевистская группа. Получив листовку из Киевской организации РСДРП, Сорокин с товарищами рукописно размножил ее. В листовке говорилось: «Только революция, только свержение кровавого режима, конфискация помещичьих земель и наделение землей крестьян, только 8-часовой рабочий день и демократическая республика дадут возможность России развиваться без кровавых завоеваний. Долой самодержавие насильников! Долой войну! Да здравствует демократическая республика! Да здравствует Российская социал-демократическая рабочая партия! Да здравствует социализм!»

Работа большевистской группы становилась все более наступательной. В июле 1915 года администрация своевольно и без объяснения причин сделала большие удержания из зарплаты каждого рабочего. От имени всех машиностроителей делегация во главе с Сорокиным выразила решительный протест предпринимателю. Тот заявил, что такие сборы проводятся и на других предприятиях для торжественной встречи «царя-батюшки», надеясь, что этим известием обрадует делегатов. Но в ответ повсеместно вспыхнули митинги протеста. На общем собрании в токарно-слесарном цехе рабочий Роман Григорьевич Рыжиков так и заявил прямо в лицо представителю администрации:

— А зачем нам, собственно говоря, царь? Прекратите войну, дайте мир, хлеб трудовому народу!

Рыжиков и такие, как он, были, конечно, немедленно наказаны. Но ничто уже не могло изменить обстановку. Рабочих не испугали даже винтовки и пушки, когда город в связи с приездом царя был превращен, по существу, в военный лагерь. Многие машиностроители вообще отказались выйти на пышно устроенную правителями губернии церемонию, объявили сидячую забастовку, а тех двоих «представителей», которые якобы от имени заводских рабочих участвовали в подношении «хлеба-соли» царю, назвали предателями. Вскоре эти «представители» показали свое гнилое нутро, перейдя в лагерь прямых противников революции, став эсерами.

Важное значение большевики завода придавали разоблачению империалистического, захватнического характера войны, объясняя, что покончить с нею можно лишь путем решительной революционной борьбы и свержения царского правительства. Действия большевиков были диаметрально противоположны политике «оборонцев» в лице эсеров, меньшевиков и анархистов. Как-то один из них вбежал в моторный цех и с порога, захлебываясь от восторга, закричал:

— Ура! Русские войска наступают. Отметим это сообщение праздничной манифестацией! Поможем нашему государю-императору довести войну до победного конца!

Вокруг «оборонца» образовалась толпа.

— А интересно было бы спросить у новоявленного патриота, сколько в этом бою погибло русских и немецких солдат, вчерашних рабочих и крестьян — наших братьев? — обратился ко всем, не отходя от станка, И. Ф. Сорокин. — Мы должны не радоваться, а еще больше возмущаться предательством тех, кто безжалостно проливает народную кровь. Революция — вот единственный для нас выход из империалистической бойни.

И машиностроители все отчетливее понимали это. Читая в «Социал-демократе» и других большевистских изданиях работы В. И. Ленина «Война и российская социал-демократия», «О национальной гордости великороссов», «О лозунге Соединенных Штатов Европы», большевики находили в них ясные ответы на все злободневные вопросы и своей повседневной разъяснительной работой способствовали дальнейшему распространению идей партии. Вот почему весть из Петрограда о Февральской буржуазно-демократической революции, о свержении царского правительства не была чрезвычайной неожиданностью для многих херсонских машиностроителей.

Через несколько дней в «Правде» был опубликован Манифест ЦК РСДРП «Ко всем гражданам России». В нем говорилось: «Твердыни русского самодержавия пали. Благоденствие царской шайки, построенное на костях народа, рухнуло. Столица в руках восставшего народа. Части революционных войск стали на сторону восставших». Партия звала всех трудящихся страны высоко поднять красное знамя восстания за свободу и счастье народа.

Никогда еще так долго, торжественно и громко не звучал над Херсоном гудок завода Гуревича. Несколько минут механик машинного отделения паровой станции Игнат Семенович Киреев со всей силы нажимал на рычаг. Ему отвечали властными гудками другие заводы. Повсеместно и почти одновременно начались митинги. Колонна машиностроителей первой вышла на улицу и направилась к губернской тюрьме, чтобы освободить политических заключенных.

Рабочие завода первыми в Херсоне взялись за создание местного органа революционной власти. С песнями «Отречемся от старого мира», «Смело, товарищи, в ногу» шли на Соборную площадь колонны разных заводов. Поднявшись на импровизированную трибуну многотысячного митинга, И. Ф. Сорокин сообщил собравшимся об организации на машиностроительном заводе стачечного комитета, объяснил необходимость создания таких же органов рабочего управления на других предприятиях.

— Буржуазия, враги пролетарской революции добровольно не сдадутся, — сказал он.— Для полной победы мы должны еще теснее сплотиться. Но как это сделать лучше? Еще в дни революции 1905 года в Петрограде, Москве и других крупных городах возникли Советы рабочих депутатов. Уже тогда они доказали свою жизненную силу, способность стать могучими органами власти трудящихся.

Предложение создать Совет тут же поддержали бывший политзаключенный, только что освобожденный из тюрьмы, Степан Кириллович Кириченко, и молодая рабочая Евгения Сидоровна Чижова. А следующий оратор, указывая рукой на еще не успевшую сойти с трибуны девушку, восторженно заявил:

— Пламенные слова товарища Чижовой о поддержке пролетарской революции знаменательны для нас и тем, что их произнесла женщина, которая первой в Херсоне выступила на политическом митинге. Мы должны установить власть, которая гарантировала бы свободу каждого трудового человека, равные права мужчин и женщин.

Для выборов в местный Совет участники митинга создали Временный рабочий комитет. В его состав во главе с И. Ф. Сорокиным единодушно выдвинули Семена Власовича Романова, Федора Степановича Чайку, Якова Львовича Дорфмана, Якова Тимофеевича Смолянского. Все они еще недавно были членами правления малоприметной для полицейских сыщиков больничной кассы машиностроительного завода, которая в трудные предреволюционные годы стала центром сплочения рабочих разных предприятий Херсона.

В тот же день Временный рабочий комитет обратился ко всем трудящимся города: «Товарищи, вы знаете, что из-за политики старого правительства, которое ныне навсегда исчезло с горизонта, мы были рассредоточены, не имели возможности договориться друг с другом, объединиться. Теперь это время прошло. Создались новые условия, когда народные массы призваны ковать свое собственное счастье. Нам надо объединиться. Временный рабочий комитет г. Херсона считает первой своей обязанностью оказать рабочим: спешите! Организуйтесь немедленно! Пусть каждый завод, каждая мастерская изберет своих представителей и направит их во Временный комитет! Бдительно следите за ходом событий! Поддерживайте ваш рабочий комитет! Помогайте организовать защиту народных интересов!»




 

Из искры - пламя За власть Советов! (ч.2)