Светлана Уманская




Звезда моя печальная

Зачем, зачем ты светишь мне,

Ты как свеча венчальная

Горишь в окне, моем окне.

 

Ты светишь так таинственно

И грустно так, и нежно так;

Так смотрит мой единственный,

Мой первый друг, мой первый враг.

 

Тоску ночей томительных

Всю горечь бед минувших лет

Затмил очей губительных

Волшебный свет, манящий свет.

 

Но миг лишь, словно молния,

Жизнь озарил он и погас;

И я тех глаз невольницей

Молюсь тебе в последний раз.

 

* * *

 

Когда бессонными ночами

В прозрачной лунной тишине

Под звуки музыки, печальной

Кружатся звезды в вышине,

Я вспоминаю сонный берег

Дыханье влажной темноты,

И дорасти до звезд хотели

Огня, багряные цветы;

Под легкой пеленой тумана

Плескалась теплая волна,

Гитара пела нежно, странно,

Лишив покоя, сердца, сна.

 

* * *

 

Все пропало, все просрочено

И долгов мне не вернуть,

Черной нитью жизнь отстрочена,

Только где? Вот бы взглянуть...

Знать бы чьей рукой небрежною

На лоскутик бытия

Ткалась паутинкой нежною

Жизнь ненужная моя.

 

* * *

 

Мужчины — дети, видит Бог,

Любимый, иногда невольно,

Вдруг сердцу сделает так больно,

Как только несмышленыш мог.

 

* * *

 

Когда душа покинет тело,

Забуду что такое боль,

А как я жить, любить хотела,

Но, Боже, умереть позволь.

 

Возьми измученную душу

(Низвергни в ад, оставь в раю).

Ты столько откровений слушал,

Прими же исповедь мою

 

Уж отмечталось, отлеталось

И даже слезы выжгла боль.

Одна мольба в душе осталась:

О Боже, умереть позволь.

 

* * *

 

Душа моя трепещет былинкой на ветру,

Мне прочит птицей вещей, что скоро я умру,

Что мало мне осталось печалей и невзгод

И лишь моя усталость меня переживет.

 

* * *

 

Я целый мир готова ненавидеть

В отчаяньи своем нетерпеливом.

Какая мука глаз твоих не видеть,

Не нежиться в сияньи их счастливом.

 

Мне слышатся шаги твои напрасно,

Ты не придешь, я это знаю точно,

И странно, что все так до боли ясно,

Но не найти мне сил поставить точку.

 

* * *

 

Я себе судья и ответчик,

И советчик, и врач, и палач,

Закоулков душевных разведчик

И виновник любых неудач.

Жизнь такая тяжелая ноша,

Я с собой в постоянной борьбе,

Отношусь я во много раз строже

И жесточе, и жестче к себе.

Не впущу, не приму, не покаюсь,

Не позволю себе, не прощу.

Жизнь проходит, Я всем улыбаюсь,

Но душою смертельно грущу.

 

* * *

 

Святая наивность!

Как я тебя люблю.

Я теперь не такая наивная,

Даже... даже совсем другая.

Краски смыты с души моей, ливнями

Горьких слез. Нет, о них ты не знаешь.

И душа, бледным став привидением

И твоею привычною тенью,

Молит Бога о вечном спасении,

О спасеньи твоем и прощении.

 

* * *

 

Мне б хотелось быть ангелом добрым,

Первым цветом, слезинкой дождя,

Мне б хотелось быть зайчиком солнечным

Но нельзя, уж нельзя, уж нельзя.

 

Я уже рождена, уже создана

Грустной женщиной, смертной, земной,

И тоскую ночами беззвездными,

Быть душа моя жаждет иной.

 

Светлым ангелом, ясною звездочкой

Или нежным рассветом пылать,

Невозможно, я знаю, мне поздно -

Никогда, никогда не бывать

 

Светлым ангелом, ясною звездочкой.

Но ответит мне кто, чья вина

В том, что все так безвыходно поздно,

Что уже рождена, рождена...

 

* * *

 

И что ж прочел в душе моей

Твой взгляд спокойно-безмятежный?

Не обожгись душою нежной

О пепел прожитых мной дней.

 

Увы, еще он не остыл

И жжет, и мучит, и пытает,

И так несбывшимся терзает,

Что, кажется, и жить нет сил.

 

Все было, счастье и весна,

Глаза сияли звезд всех боле,

Но глаз моих голубизна

Теперь лишь серый пепел боли.

 

И я смеюсь, смеюсь, смеюсь,

Чтоб сил заплакать не осталось,

И глаз внимательных боюсь,

Мне кажется, сейчас вгляжусь,

А в них — сочувствие и жалость.

 

* * *

 

Я — тайна, я — тайна, я женщина,

Я таинством издревле венчана.

Всегда быть звездою манящею

И жаждою вашей палящею,

Водою живительной радостной,

Отравой и горькой, и сладостной,

То — снегом, то — белым цветением,

То — светом вам быть, то — затмением,

То — суженою, то — случайною,

Всегда неразгаданной тайною...

 

* * *

 

Почему всегда так случается.,

С прирученным жизнь озаряется,

А потом, зачем-то так водится,

Расставаться и плакать приходится.

Но, ты знаешь, были мгновения

Ослепления, озарения.

И далекий отсвет прозрения

Принесет душе утешение.

 

* * *

 

Душа человечья - сомнения,

Страхи и страсти, как прежде.

И только после успения —

Вера, Любовь, Надежда,

Беззлобность, Добро, Всепрощение,

Открытость и Беспорочность;

А жизни людской значение —

Проверка души на прочность.

Сумеет ли? Не отступится?

Возрадуется ль? Осветит?

Грехи твои все искупятся:

Душа за тебя ответит...

 

 




 

Вячеслав Марковиченко Вячеслав Савельев