Мой Пушкин




 

... Быть может (лестная надежда !),

Укажет будущий невежда

На мой прославленный портрет

И молвит: то-то был поэт!

Прими ж мои благодаренья,

Поклонник мирных аонид,

О ты, чья память сохранит

Мои летучие творенья,

Чья благосклонная рука

Потреплет лавры старика!

Евгений Онегин, XI

Емельянов М.А.

(Херсон)

У каждого, кто соприкасается с литературой есть любимый автор; у меня таким кумиром является А.С.Пушкин. Любовь к Пушкину появилась с раннего возраста. Мне нравились его стихи, особенно о природе, некоторые заучивал наизусть.

После окончания начальной школы продолжал образование в неполно-средней школе, которая находилась в соседнем селе, в 7-ми километрах от нашего. Родители наняли мне квартиру.

Сохранилось в памяти начало учебного года - 1 сентября 1936 года в новой школе. Первым уроком в 5-м классе «Б» была литература. Вошел учитель, он был среднего роста, полноват — на голове копна черных волос. На вид ему было не более 30 лет. Урок начал, обращаясь к классу с вопросам: «Что вы знаете о Пушкине и кто может о нем рассказать?». В классе воцарилась тишина. Я отважился ответить на поставленный вопрос и поднял руку. Примерно минут 20 длился мой рассказ о великом поэте. Коснулся не только его жизни, но и творчества. Одноклассники слушали меня со вниманием и были удивлены откуда у меня такие познания. По программе начальной школы это не предусмотрено. Но никто не знал, в том числе и учитель, что учебник по литературе за 5-й класс приобрел я заранее, когда еще учился в 4-м классе. От начала до конца перечитал его. Так я и получил необходимые сведения о жизни и творчестве А.С.Пушкина. Учитель похвалил меня и поставил в пример всему классу за такие знания по литературе.

Портрет А.С.Пушкина. Неизвестный художник. 1831г.Первые месяцы моей учебы в неполно-средней школе совпали с одним большим событием. В 1937 году в нашей стране отмечалась памятная дата — 100-летие со дня гибели А.С.Пушкина.

К этой дате было издано много книг гениального поэта и литературы о нем. Повсеместно проводились Пушкинские чтения, литературные вечера, читательские конференции. Такой вечер был проведен и в нашей школе. Слово о Пушкине произнес учитель языка и литературы В.П.Балясников. Было и художественное чтение. Ученица Попова Мария выучила наизусть и прочитала «Сказ-
ку о Золотом Петушке». Из нашего класса Леня Черкасов продекламировал стихотворение «Зимнее утро». Я тоже был кандидатом для чтения этого стихотворения, но учительница Тамара Евдокимовна выбор сделала на Черкасове.

В порядке подготовки к этому вечеру был оборудован небольшой стенд с названием «Здравствуй племя молодое, незнакомое», на котором были размещены иллюстративные материалы, главным образом вырезки из газет. У себя дома я сохранил листок отрывного календаря за 10 февраля 1937 года и несколько вырезок из газет о Пушкине, вышедших в эти дни.

С этих памятных Пушкинских дней у меня укрепилось желание собирать все, что связано с жизнью и творчеством великого поэта, прежде всего книги. В тех условиях, в которых я жил, приобретать книги было трудно. На территории района не было ни одного книжного магазина. Книги в основном продавались наряду с другими товарами в сельмагах, а в районном центре в культмаге. К тому же у меня не было денег, чтобы приобретать их. Пришлось искать выход и он был найден. Поскольку я стоял на квартире, помимо основных продуктов родители выдавали мне временами несколько рублей на покупку сахара. Решил экономить на питании, употребление сахара довел до минимума, а оставшиеся деньги, естественно, шли на покупку книг. Первой книгой А.С.Пушкина, приобретенной в культмаге была «Капитанская дочка». Издана она была воронежским книжным издательством. По сегодняшним меркам выглядела бедновато — серая бумага, без иллюстраций, одетая в легкий картонный переплет. Несмотря на такую внешность она для меня была в тот период подарком судьбы. С нее начались собрание Пушкинианы.

С годами, когда я повзрослел, учился уже в средней школе райцентра, родители стали посылать меня в ближайший от нашего села город Мичуринск за покупками. Они выделяли мне немного денег и на мелкие расходы. Эти рубли, естественно, шли на покупку книг. Там я приобрел в книжном магазине и на рынке за несколько таких поездок все основные произведения Пушкина.

В свободное от занятий время нередко на столе я раскладывал книги Александра Сергеевича, любовался изданиями, напечатанными в Москве и Ленинграде к 100-летию со дня гибели поэта. Это были небольшие томики: «Избранная лирика», «Поэмы», «Драмы», «Повести Белкина» с гравюрами Л.Хижинского. Возвышался над ними большого, формата однотомник сочинений, объемом в 970 страниц, также богато иллюстрированный. Завершалась подборка литературоведческой работой В.Карпотина «Александр Сергеевич Пушкин 1799-1837».

Так было до второй половины 1941 года, когда началась война.

В ноябре 1941 года я был призван в армию, а в феврале 1942 года был уже на фронте. Воевал в инженерных частях, прошел по военным дорогам России, Белоруссии, сражался с врагом в Польше, Германии. Вместе с однополчанами возводил земляные укрепления, наводил через реки переправы, строил мосты, минировал и разминировал минные поля.

Имея хорошую общеобразовательную подготовку выполнял общественные поручения. За три с лишним года на фронте побывал чтецом, книгоношей, агитатором, комсоргом роты, комсоргом батальона. Участвовал в выпуске боевых листков, публиковал статьи и заметки в дивизионной, армейской, фронтовой газетах.

Наряду с периодической печатью на фронт доставлялись книги и брошюры. Поступали они и в наш гвардейский батальон минеров. Зная мою любовь к литературе заместитель командира батальона по политической части возложил на меня обязанности получения этой литературы и распространение ее в подразделениях. Поручение пришлось по душе и выполнял я его с охотой.

Литературу на фронте мы получали регулярно. Как правило это были книги небольшого формата, отпечатанные на газетной бумаге. Больше всего такие книги выходили в издательствах «Правда», в серии «Из фронтовой жизни», в Воениздате в серии «Библиотека Красноармейца». Большой популярностью у воинов нашего батальона пользовались книги И.Эренбурга, К.Симонова, М.Шолохова, А.Толстого, А.Твардовского и других советских писателей.

Во время войны издавались произведения и русских классиков А.С.Пушкина, И.А.Крылова, И.В.Гоголя, Л.Н.Толстого, А.П.Чехова. Были они и в нашем батальоне и читались между боями в подразделениях. В этих коллективных читках участвовал и я. Нередко воины просили меня прочитать что-то из Пушкина. Я всегда откликался на их просьбу. Многие стихотворения поэта читал по памяти, не обращаясь к тексту. Со вниманием слушали «Зимний вечер», «Бесы», «К морю», «Я помню чудное мгновение», времена года из «Евгения Онегина», «Памятник» и другие. Брал книгу читал и прозу из «Повестей Белкина», им особенно нравилась «Метель».

На войне приходилось встречаться с книгами А.С.Пушкина и при других обстоятельствах. Во время нашего наступления в Белоруссии в одном небольшом городе (названия не помню) меня привлек своим вниманием догорающий дом. Основное, что должно было сгореть — сгорело, догорали остатки. В этих обугленных и пожираемых огнем вещах я увидел несколько книг. На одной из них можно было прочитать на обложке: «Ташкент — город хлебный» А.Неверова. Рядом лежала другая книга. От нее осталась только часть обложки и лишь одно слово «Пушкин». Пока я раздумывал над пожарищем, подул ветер, пламя усилилось и поглотило все, что осталось от книг.

Другая встреча с книгой Пушкина состоялась за пределами нашей страны — в Польше. После освобождения города Лодзь, наш батальон остановился в нем 20 января 1945 года на ночлег. Разместились в домах, в основном оставленных жителями. Комната, где я должен был провести ночь напоминала кабинет. В ней находились письменный стол, книжные шкафы, диван и несколько стульев. Сразу же возник вопрос: кто же здесь жил, особенно в последнее время? Эту тайну раскрыл письменный стол. В одном из ящиков я обнаружил две коробки, внутри обтянутые голубым бархатом. В одной лежал талисман — поржавевший осколок от снаряда; в другой — Железный офицерский крест. Нетрудно было догадаться: в этой квартире пребывал какой-то немецкий военный чин. Мои предположения подтвердились, когда я знакомился с библиотекой. Вместе с польской литературой, здесь находился и «Майн Кампф» Адольфа Гитлера. Среди книг была еще одна, которая меня крайне удивила в этой библиотеке. Это однотомное собрание сочинений А.С.Пушкина, изданное на русском языке в дореволюционной России; богато иллюстрированная, одетая в цель-нотканевый переплет. Чем-то родным повеяло от этой книги. Бережно беру ее в руки, листаю страницы, любуюсь иллюстрациями. А потом захотелось почитать. Открыл любимого «Онегина» и так увлекся чтением, что еле остановился. Время было за полночь, пора было отдыхать. Наступило утро, сперва хотел я томик Пушкина поставить на место, и тут же раздумал, а стоит ли это делать, оставлять книгу на чужбине. Я решил ее взять с собой, пусть она воюет с нами и дорогами победы возвратиться на Родину. А пока она влилась в фонд небольшой библиотечки батальона. Что с этой книгой было дальше, какова ее дальнейшая судьба? Неизвестно. Следы ее затерялись.

Для меня война закончилась в апреле 1945 года. С фронта я был направлен на учебу в военно-политическое училище. Окончив его, стал офицером-политработником и в дальнейшем связал свою жизнь с армией. Армейская служба сопряжена была с большими трудностями: частые переезды из одного гарнизона в другой, отсутствие постоянной квартиры, мебели. Весь домашний скарб умещался в нескольких чемоданах и ящиках. О домашней библиотеке и приобретении книг не было и речи.

В ходе службы в армии, я окончил второе учебное заведение — высшую офицерскую школу пропагандистов.

В Тамбове я был свидетелем, когда отмечалось 150-летие со дня рождения А.С.Пушкина. Присутствовал на литературном вечере, посвященном великому поэту. В среде офицеров существует притча — служба в армии равносильна тому, что ты проводишь время в гостях у товарища: сколько не сиди в гостях, а домой нужно идти. Моя служба в Вооруженных силах закончилась в 1957 году. В этом же году со своей семьей я прибыл в Херсон. Он стал мне родным. Без особого труда в городе нашел квартиру. С трудоустройством тоже повезло. В этом время из Запорожья в Херсон перевели Дом Офицеров. Вскоре я был утвержден в нем в должности заведующего кабинетом самообразования офицеров.

Учитывая профиль работы решил продолжить образование в этом направлении. Сперва поступил и закончил на заочном отделении Херсонский культпросветтехникум, затем Харьковский институт культуры. Впоследствии это пригодилось не только в Доме офицеров, но и в партийных органах, куда был приглашен в 1962 году. Проработал на различных должностях почти 30 лет, вплоть до ухода на пенсию.

Освоившись с работой, получив квартиру я решил возвратиться к тому, чем был увлечен в довоенное время — собиранию книг. В 1962 году в Херсоне на площади Свободы распахнул свои двери центральный магазин облкниготорга «Дом книги». А через некоторое время на улице Суворова открылся букинистический магазин. При открытии «Дома книги» я купил тогда том Г.Данилевского из библиотеки исторических романов народов ССР в котором были опубликованы «Мирович», «Княжна Тараканова», «Сожженная Москва». Это было началом приобретения книг. Собиралась литература продуманно, постепенно, использовались книжные магазины не только Херсона, но и Киева, Харькова, Москвы, Ленинграда и других городов СССР.

Так складывалась домашняя библиотека, которая удовлетворяет теперь запросы меня и всей моей семьи. В ней представлена общественно-политическая, художественная, историческая, краеведческая, справочная литература о книговедении, библиофильстве, книж-ной графике, книги с автографами, книги, изданные в период Великой Отечественной войны, мини-книги. Имеются в библиотеке подборки книг, так называемые «Книжные полки», посвященные видным литераторам М.Лермонтову, Т.Шевченко, А.Толстому, А.Блоку, в которых есть прижизненные и редкие издания этих авторов.

Но все же, главное в библиотеке не это, о чем написано выше, а произведения А.С.Пушкина и литература о нем.

Пушкиниана в моей квартире начинается с прихожей, в которой установлен большой бюст поэта и кончается спальней, ставшей кабинетом. В нескольких шкафах разместились книги литераторов до Пушкинской поры, которые поэт читал в детстве, книги поэтов и писателей Пушкинского окружения. Далее начинается сам Пушкин.

Его прижизненные и редкие издания, выходившие в разное время, начиная с собраний сочинений и кончая отдельными произведениями, главным образом выпущенные к памятным и юбилейным датам. Среди этого обилия книг есть редкие издания.
Представляют большой интерес первые посмертные сочинения Пушкина в 8-ми томах 1838 года, подготовленные В.А.Жуковским, полное собрание сочинений в 6-ти томах издательства Брокгауз-Ефрон 1907-1912 годах; полное собрание сочинений издательства Академии Наук СССР в 16-ти томах, подготовленное к 100-летию со дня гибели поэта.

Каждая из этих книг имеет какое-то отличие, в чем ее ценность. Покажем это на ряде примеров.

Рисунок С.В. Малютина к поэме "Руслан и Людмила" 1899 г.

Поэма «Руслан и Людмила», изданная в Москве в 1899 году отличается не только своими иллюстрациями, но и большим форматом: размер книги - 50x40 см.

Другая поэма «Бахчисарайский фонтан», изданная лицейским обществом в Санкт-Петербурге в 1909 году отличается от других книг малым тиражом — 300 нумерованных экземпляров.

«Маленькая трагедия «Моцарт и Сальери», вышедшая в Петрограде в 1917 году привлекает своим оформлением. Она иллюстрирована рисунками известного художника М.Врубеля. И главное — это именной экземпляр писателя Леонида Андреева.

Давно стала библиографической редкостью поэма «Гариилиада», изданная в 1922 году в Петербурге, тиражом 1000 нумерованных экземпляров. Долгое время она была запрещена, печаталась в отрывках и полностью ее знали немногие.

Роман в стихах «Евгений Онегин» в иллюстрациях Н.В.Кузьмина вышел в «Академия» в 1933 году. Он был приурочен к 100-летию (1833 г.) первого издания романа.

Далее мне хочется продолжить рассказ о других редких пушкинских книгах, главное поведать о том, как и при каких обстоятельствах они оказались в моем собрании.

 

ЛЖЕ «ГРАФ НУЛИН»

Как-то я зашел в Херсоне в недавно открывшийся букинистический магазин в надежде приобрести что-то новенькое. Книг было много, были и издания прошлых лет. На мой вопрос «Что есть из Пушкина?», — работница магазина ответила: «Да, есть», и подала небольшую книжечку, больше похожую на брошюру. На титульном листе значилось: «Граф Нулин» сочинение Александра Пушкина». И далее шли выходные данные с указанием года издания. 1827. «Это, что прижизненное издание?», — поинтересовался я. «Да, прижизненное» , — ответила продавец. Из прижизненного Пушкина у меня в тот период ничего не было, пришлось брать. Расплатившись за покупку, с приподнятым настроением возвратился домой. Эту поэму, как редкое издание я показывал потом на выставках и даже в одной передаче по телевидению.

А через некоторое время мне пришлось быть в Москве и, естественно, нашел возможность посетить книжные магазины. Посетил и букинистический, что в Столешниковом переулке. Просматривая картотеку в отделе редких изданий я нашел карточку с «Графом Нулиным», в которой внизу было написано «Факсимильное издание». Знакомлюсь с этой книгой. На второй странице обложки значилось, что это снимок с издания «Графа Нулина» 1827 года с приложением статьи М.О.Гершензона, осуществлен в Москве издательством М. и С.Сабашниковых в 1918 году. Не раздумывая книгу эту купил. Приехав в Херсон я сравнил двух «Графов Нулиных» по бумаге и печати: тот, что я купил в своем городе и тот, что в Москве; пришел к выводу — они одинаковые. Только у моего херсонского, нет обложки и нет нескольких страниц в конце книги со статьей М.О.Гершензона. Кто-то это все убрал, решив таким образом этот экземпляр «Графа Нулина» сделать прижизненным.

Несмотря на невезение, вскоре все же счастье подвернулось, в той же Москве, в том же букинистическом, что в Столешниковом переулке. Я купил другую поэму Пушкина «Братья разбойники». Это было подлинное издание.

 

«БАХЧИСАРАЙСКИЙ ФОНТАН»...С ДОВЕСКОМ.

«Бахчисарайский фонтан». Титульный лист первого издания.Приняв «Графа Нулина» за прижизненное издание и продав эту фальшивку мне, работники букинистического магазина Херсона, считали себя виноватыми передо мной и говорили «исправимся». Через некоторое время такой случай подвернулся. Позвонили мне на работу и сказали, что есть по моей тематике книга и чтобы я зашел к ним. И вот я в магазине. Алиса Ричардовна Иванова подает мне в твердом переплете новинку. Открываю и читаю на титуле «Бахчисарайский фонтан. Сочинение Александра Пушкина. Москва. В типографии Августа Семена при Императорской Хирургической академии. 1824».

Читаю еще раз. Глазам не верю, неужели это подлинное, прижизненное издание поэмы. Сомнение быстро проходит. Бумага, переплет — все относится к той эпохе. Это подтверждает и цена — 35 рублей, проставленная одним из букинистических магазинов Ленинграда, в котором она успела побывать до Херсона. Это окончательно убедило в подлинности «Бахчисарайского фонтана». Ленинградцы не могли ошибиться. Успокоившись от неожиданности тут же спрашиваю Алису Ричардовну: «Предлагали ли вы это издание областной библиотеке?». «Звонила по телефону. Предлагала», — отвечает она мне, — директор библиотеки спросил о стоимости. Я назвала цену. Он сказал что это дорого и повесил трубку».

Я хотел уже расплатиться за поэму, когда другой работник Михаил Васильевич Белянин говорит мне: «А к книге есть еще и довесок». И из подсобного посещения вынес прижизненное издание А.Блока «Стихи о России» 1915 года с автографом поэта. От такой удачи, свалившейся в один день, можно помешаться, но справившись с волнением спрашиваю его: «К чему этот довесок». Он спокойно ответил: «Бывший владелец книг сдавая их нам для реализации высказал пожелание продать книги достойному книголюбу вместе и не разлучать их». Такое пожелание меня тронуло и я приобрел обе эти книги, заплатив за них 60 рублей. «Стихи о России» А.Блока послужили началом для собирания блоковской коллекции. За ними последовали «Стихи о прекрасной даме» и другие прижизненные издания поэта. Работники букинистического магазина еще долго скрывали имя владельца этих двух редких книг. А потом, когда он уехал со своим семейством в Израиль, я узнал, что хозяином их был известный врач в Херсоне, невропатолог, имевший большую библиотеку, книголюб Н.П.Голгер. Почему он расстался с уникальными изданиями в тот период, такими сведениями я не располагаю.

 

ДАРЫ ХУДОЖНИКОВ

В сентябре 1966 года ко мне в Дом политпросвещения где я тогда работал, зашел известный в Херсоне книголюб В.А.Быстров, и вручил мне книгу от художника Г.В.Курнакова. Это была «Пиковая дама» А.С.Пушкина с иллюстрациями А. Бенуа, изданная в Петрограде в 1917 году. На книге дарственная надпись: «Михаилу Андреевичу с глубоким уважением. Г.Курнаков. 24.09.66».

Для меня такой подарок был неожиданностью. С Георгием Васильевичем Курнаковым я лично знаком не был, хотя интересовался его творчеством.

Братья-разбойники. Прижизненное издание. 1827 г.Вскоре мы познакомились. Я часто стал бывать у Г.В.Курнакова на квартире, по проспекту Ушакова, 26/2, где он проживал со своей супругой Надеждой Тихоновной. Во время наших встреч, я все больше и больше убеждался насколько он был образованным, культурным человеком, разбирался не только в искусстве, но и хорошо знал литературу. Ведь «Пиковая дама» с иллюстрациями А.Бенуа была у него не случайно. Он любил Пушкина часто перечитывал его произведения, особенно восторгался «Евгением Онегиным». И когда узнал, что я тоже поклонник великого поэта и собираю все, что касается его жизни творчества, не раздумывая расстался с «Пиковой дамой», уступив ее мне.

В 60-х годах я познакомился с известным художником, проживающим в Риге — А.И.Юпатовым. До этого я располагал некоторыми сведениями о его творчестве — главным образом о создании экслибрисов в технике цинкографии. До моего знакомства он изготовил 4 экслибриса для херсонских книголюбов: В.А.Быстрова, В.А.Черникова, С.А.Щербакова, И.С.Щербаковой. Узнав адрес, я написал письмо ему в Ригу и выразил желание получить для Пушкинской коллекции несколько книжных знаков по этой тематике и заказать экслибрис для себя.

Вскоре я получил в подарок несколько книжных знаков и за одно его согласие на изготовление для меня экслибриса. Завязалась переписка. Она была связана в основном с проектом моего книжного знака. В 1964 году такой экслибрис, имеющий название «Пушкиниана М.А.Емельянова» был изготовлен и весь тираж выслан мне. После этого приобрел у него несколько альбомов с экслибрисами других владельцев книг и роман «Евгений Онегин» на латышском языке с его иллюстрациями, изданный в Риге в роскошном переплете.

А через некоторое время получил от него письмо, в котором он сообщал, что решил выпустить небольшим тиражом, всего 25 номерованных, именных экземпляров с цветными иллюстрациями, повесть «Пиковая дама». Он предлагал подписаться на такое издание. Не раздумывая, я дал согласие и по указанному адресу выслал нужную сумму.

Через несколько месяцев книга вышла в свет и в один из дней 1969 года нумерованный, именной экземпляр «Пиковой дамы» мной был получен и как уникальное издание поставлен на полку рядом с другими редкими книгами.

Судьба свела меня еще с одним художником-киевлянином В.И.Масиком. Познакомился с ним вначале 60-х годов, когда в Херсоне была организована его персональная выставка. На выставке были представлены живописные и графические работы — итог многолетнего труда, которые восторженно были приняты посетителями.

Зная мое отношение к Пушкину и его творчеству В.И.Масик изготовил для меня экслибрис, в котором выразил тему «Пушкин и Украина».

 

ДВЕ «КАПИТАНСКИЕ ДОЧКИ» ОДНОГО ИЗДАНИЯ

Из прозы Пушкина я больше всего люблю повесть «Капитанская дочка». Такое отношение к ней пришло еще со школьной скамьи. И сейчас несмотря на прошедшие годы интереса к ней не теряю. Все время перечитываю.

В моем собрании имеется несколько изданий этого произведения. Одно из них относится к числу редких. В 1891 году в Москве в издательстве «Готье» вышла в свет «Капитанская дочка» в двух вариантах. В обеих вариантах на шмуцтитуле тот же гравированный портрет А.С.Пушкина с оригинала Райта и 12 рисунков академика Павла Соколова, гравированных на меди А.Ламот. Чем же отличается один вариант от другого? Отличается оказывается, тиражом и качеством бумаги. В одном отпечатано было 1000 нумерованных экземпляров на веленевой бумаге, а во втором всего 100 нумерованных экземпляров и бумага другая — японская.

Я знал об этом издании «Капитанской дочки», но приобрести эту книгу не удавалось. А со временем получилось так, чуть ли не в один год две «Капитанские дочки» оказались в моем собрании.

 

В ХЕРСОНЕ ТОЖЕ ПЕЧАТАЛИ ПУШКИНА

Юбилейное здание избранной прозы А.С. Пушкина. г. Херсон 1937 г.Во время очередной моей поездки в Киев, в букинистическом магазине я увидел выставленную на продажу книгу на украинском языке: О.С.Пушкін «Вибрана проза», Київ, 1937 р. Этот увесистый том (480 страниц) с барельефом великого поэта привлек своим оформлением и сохранностью. Знакомлюсь с книгой ближе. Много иллюстраций на отдельных листах, виньеток, заставок. Все это выполнено известной художницей М.Котляревской. На шмуцтитуле портрет А.С.Пушкина в цвете.

Переворачиваю страницу за страницей. В каждой нахожу что-то новое, оригинальное, дошел до последней, до выходных данных. Вижу необычный текст:

«Надруковано в друкарні ім.Леніна м.Херсон»

Когда я показал эту книгу работникам Херсонской городской типографии, они были крайне удивлены, что она прошла через руки их предшественников.

Возникает вопрос, почему в выпуске этой книги наряду с Киевом был задействован Херсон с его типографией? По-видимому это было связано с памятной датой — 100-летием со дня гибели А.С.Пушкина. В связи с этим в 1936-1937 годах на Украине по выпуску его произведений были задействованы многие издательства и типографии. В числе типографий оказалась и наша городская имени Ленина. Она с честью выполнила заказ издательства «Молодой большевик» напечатав «Вибрану прозу» О.С.Пушкина на высоком полиграфическом уровне. Эту книгу я купил в Киеве и горжусь тем, что она находится в моей библиотеке.Экслибрис библиотеки М.А. Емельянова

Помимо произведений Пушкина в моем собрании имеются книги и другие материалы, раскрывающие его жизнь и творчество, отношение поэта к искусству, места где он жил и бывал, юбилейные и памятные даты. Здесь тоже есть редкие и интересные издания.

На протяжении многих лет по Пушкинской тематике собирались и откладывались книжные знаки, медали и значки, почтовые марки и открытки, превратившиеся потом в коллекции.

Мои книги и другие материалы экспонировались на многих выставках в областной библиотеке, краеведческом музее. О коллекции рассказывалось в сообщениях на заседании городского клуба любителей книги «Кобзарь», в статьях периодической печати.

В книге «Коллекция служит людям», рассказывающей о ленинградских коллекционерах, есть такие слова: «Собирать — значит дарить свои знания людям, передавать свои привязанности друзьям и молодежи, чтобы их жизнь становилась еще более интересной, еще более наполненной». Этими словами я и хочу закончить свои записки.

 

 

 




 

А.С.Пушкин в Херсоне Пушкин и записки кавалерист-девицы.