Сербські переселенці Херсонської губернії Нікшичі на шляху до російського дворянства




Юлія Коник

заступник начальника відділу державного архіву Херсонської області

Як відомо, за часів російської імператриці Катерини II почалася масштабна державна колонізація Півдня України з метою швидшого влиття цього регіону в соціально-економічну систему імперії. На початок XIX ст. величезні земельні ресурси трьох Новоросійських губерній

- Херсонської, Таврійської та Катеринославської - ще дозволяли активну роздачу земель підприємливим або просто безземельним переселенцям як з інших губерній Російської імперії, так і з іноземних держав. У перші два десятиліття XIX ст. на теренах Херсонської губернії бурхливо розвивалися насамперед німецькі, болгарські, єврейські та білоруські колонії. Мова піде, однак, про зовсім інших переселенців - представників сербського дворянського роду Нікшичів, які у 1804 р. переселилися у Херсонську губернію, рятуючись від турецьких нападів.

Документальні джерела, що містять інформацію про це переселення та облаштування сербів на новому місці, зберігаються нині частково у Російському державному військово-історичному архіві (колишній Центральний державний військово-історичний архів СРСР), а частково у державних архівах Херсонської та Одеської областей. Власне кажучи, стосовно цих подій маємо одну архівну справу з діловодства Міністерства юстиції, передану разом з іншими з Петербурзького Сенатського архіву Херсонській губернській вченій архівній комісії в останні роки XIX ст.

Починаючи з Петра І, Росія традиційно підтримувала балканські народи як слов'ян і єдиновірців, натомість отримуючи відданих союзників у численних війнах з турками. От і передісторія переселення Нікшичів почалася з Маніфестів Катерини II до сербів і чорногорців 1769 і 1788 років із закликами піднімати зброю проти Оттоманської Порти. У 1789 році російський престол з тією ж метою направив у Сербію спеціального посланця графа Марка Костянтиновича Івелича, за походженням чорногорця (1). Нікшичі разом з багатьма іншими виступили на боці Росії, в результаті кривавої війни понесли великі людські та матеріальні втрати. Після укладення російсько-турецького Ясського миру 3 січня 1792 р. частина герцеговинських сербів, що лишилася без домівок і укрилася в окрузі Морачанського монастиря, вирішила переселитися до Росії. Депутатом від них до Петербурга у 1794 р. були направлені архімандрит Авксентій та сердар [сердар (тур.) - командуючий військами у походах та військових операціях - Ю.К.] Мина Лазаревич Нікшич (2).

Катерина прийняла їх люб'язно, нагородила першого хрестом, а другого золотою медаллю, але чіткої відповіді не дала, тому у 1796 році громада знову направила свого сердара клопотати про переселення - вже до Павла І. (3) Цього разу Нікшичів-учасників війни було нагороджено грамотою, 8 золотими і 10 срібними медалями та обіцяно виділити очікувану землю (4). Проте питання з переселенням нарешті позитивно вирішилося вже при Олександрі І, якому у січні 1803 року Мина Нікшич і обер-воєвода Йован Тіота подали третє клопотання про переселення 15 сімейств (5). Влітку того ж року через державного канцлера графа Воронцова та згаданого генерал-лейтенанта графа Івелича бажаючим переселитися було повідомлено, що їм будуть відведені багаті землі у Миколаївській і Катеринославській губерніях та у Криму, по 150 десятин землі на сімейство (6). Отже, у 1804 р. кораблем до Одеси прибуло, за різними джерелами, від 17 до 22 сімей разом з Миною Нікшичем (7), деякі з дворовими людьми. Вони отримали ділянку землі при річці Балай Тираспольського повіту Херсонської губернії з 12 тисяч десятин придатної та 800 десятин непридатної землі; кожному сімейству виділили по 150 десятин, а сімейству Мини Нікшича 500 десятин, плюс кожному дому по 200 крб. на господарське облаштування (8). Не вдаючись у деталі цього облаштування та його труднощі (вони описані у наведених нижче документах), зупинимося на одному його аспекті, а саме намаганні новоприбулих бути зарахованими до російського дворянського стану. Як неодноразово підкреслювали Нікшичі у тих же документах, у себе на батьківщині в Чорногорії і Герцеговині вони вшановувалися як одні з перших княжих родів [іменем роду була названа історична область з центром у місті-фортеці Нікшич, яке нині є одним з найбільших міст Чорногорії -Ю.К.], по жіночій лінії будучи в родстві з сербською династією Неманичів. їхній родоначальник - Нікша - був племінником сербського царя Стефана Волкановича, онука першого сербського царя Стефана Немані. Рід Нікшичів (дослівно - нащадків Нікші) об'єднував багато гілок: Бучичі, Драгичевичі, Юрковичі, Ніколичі, Княжевичі, Симоновичі та ін. Вони мали також збірне найменування Требишани від назви місцевості поблизу гори Требиці у Чорногорії.

Звісно, втратити господарство, покинути батьківщину і опинитися після віками оброблюваної середземноморської землі у маловодному херсонському степу і так було достатнім випробуванням для переселенців. Але морально їх найбільше пригнічував статус простих колоністів, до якого вони були автоматично зараховані. Справа в тому, що згідно з Жалуваною грамотою дворянству 1785 року іноземці могли ставати російськими дворянами, довівши свої беззаперечні заслуги перед російським престолом і державою або надавши безпосередні документи про дворянство від коронованих осіб своїх країн (9). Нікшичі ж, очевидно, вважали, що вже давно своєю кров'ю довели відданість Росії. Втім, 1 січня 1806 року Мина Нікшич подав імператору Олександру І клопотання про зарахування його з братом капітаном Богданом Нікшичем та їхніх родичів до Молдавської армії, тобто на російську службу (10). В кінці 1806 року почалася нова російсько-турецька війна, що призвело на початку 1807 року до поновлення війни між Портою і сербами. 7 червня 1807 року Мина Нікшич особисто подав клопотання командуючому корпусом

Молдавської армії Михайлу Андрійовичу Мілорадовичу про бажання взяти участь у війні на чолі Сербської гусарської команди за умови видачі гусарам пристойного утримання від держави.  До  цієї  команди  увійшло близько двохсот сербських волонтерів з переселенців Тираспольського повіту, на власних конях і з власною амуніцією11; їх зібрав відставний генерал Василь Княжевич з чорногорського роду Княжевичів, які переселилися у Тираспольський повіт у 1794-1796 роках з тих же причин, що й Нікшичі12. Команда була включена до Чорногорського гусарського полку і брала активну участь у боях, причому Мина і Богдан Нікшичі отримали тяжкі поранення, після чого повернулися у своє село Нікшич у Тираспольському повіті [нині село Сербка Комінтернівського району Одеської області - Ю.К.]13. Пора було продовжувати виборювати російське дворянство, і громада за порадою херсонського військового губернатора подала повітовому предводителю дворянства цілий архів: грамоти, листування роду Нікшичів-Требишан з першими особами Венеціанської Республіки, у підданстві якої частина з них знаходилася з кінця XVII ст., вищими державними та військовими чинами Албанії, Далмації, Герцеговини, Російської імперії, який мав засвідчити виключну хоробрість і вірність, і найперше - шляхетну кров пошукачів дворянства (див. документ нижче). Предводитель дворянства передав документи на розгляд до Херсонського дворянського депутатського зібрання. Вони справили у Херсоні належне враження, і у 1814 році було вирішено з огляду на такі заслуги зарахувати усіх прохачів до дворянського стану згідно з Жалуваною грамотою дворянству і записати у родовідну книгу Херсонської губернії14. Наступною стадією мало б бути затвердження цього рішення у Герольдії, але тут раптом виникла проблема: Герольдія схвалила рішення Херсонського дворянського зібрання дише частково, а саме постановила вважати дворянами тільки тих, хто заслужив на російській службі штаб- і обер-офіцерські чини, причому посилаючись на ту саму статтю Жалуваної грамоти. Увазі читачів пропонується витяг з журналу засідань Герольдії від 8 березня 1818 року, в якому перераховуються усі подані Нікшичами документи та аргументується рішення по їх клопотанню.

Текст документу наводиться зі збереженням стилістичних особливостей та орфографії:

«Копия 1818 года марта 8 дня в журнале Герольдии под № 2м написано:

Херсонское дворянское депутатское собрание представляет на разсмотрение производившееся в оном дело о дворянстве жительствующих в Тираспольском уезде дворян: Сербской службы Сердаря Мины, Капитана Богдана, Луки, Дорофея Никшич и родственников их: Воеводы, Михайла, Андрея, Петра, Христофора, Степана Драгичевич, Ивана Воеводича, Николая Радонича, Григория, Максима, Федора Княжевичей, Ивана Юрковича, двоюродных его братьев Николая Дмитриевича Никшича, Российской службы капитанов: Семиона и Андрея Никшич и Протоиерея Рафаила Семеновича. Из дела сего явствует, что вышедшие в 1804 году по Высочайшему соизволению из Сербии Сердаря Мины Лазаревича Никшича брат родной Капитан Богдан Лазаревич Никшич и другие родственники, поселенные семействами в Тираспольском уезде на пожалованной им при речке Балай земле, просили бывшего Г. Министра внутренних дел Князя Куракина о вписаний их в дворянскую книгу. Г. Министр внутренних дел по сей просьбе предписал Г. Херсонскому Военному Губернатору объявить Никшичам, что они могут просить о записке их в дворянское звание в депутатском собрании. Вследствие чего и представлены от них Тираспольскому уездному предводителю грамоты и патентство Дожей Венецианских и Чрезвычайных главнокомандующих в Далмации, Албании и Ерцеговине:

1 - Жироламо Гримани 1676 года, что народам Приморий и Макарска с 1647го года пожалована привилегия, освобождающая их от платежа откупщичьих пошлин и других повинностей, и чтобы оная не была нарушаема.

2 - Марка Антония Юстиниана 1688го года, что бывшие в Турецком подданстве народы Никсичи по собственному их желанию приняты в подданство Республики Венецианской со всеми преимуществами и правами, коими Приморияне пользуются.

3 - Жироламо Корнаро того ж 1688 года, что во время войны Венециан с Турками Капитан Бучич Коич, из Никсичи, отличил себя храбростию и приверженностию к республике, а наипаче в приведении в подданство народов Ерцеговины, графств: Никсичи, Дробняцци, Раняни и Риняни.

4 - Его ж, Корнара 1689 года, что по смерти Капитана роты Ультрамаринов Бучича Коича определен капитаном сын его Томазо.

5 - Николо Ериццо 1692 года, что воевода Илие Конти и всей благороднейший и вернейшей фамилии из Никсичи приносится благодарность за защиту пограничных мест.

6 - Алоиза Мочениго 1699го, что Томазо Коич, старший сержант полка Ультрамаринов, во время войны с Турками отличил себя храбростию и оказал верность в важном посте Никсичи в Ерцеговине, куда во уважение общенародной пользы и для удовольствия многочисленных тамошних народов был отряжен с своею ротою.

7 - Бартоло Моро 1701 года, что фамилия Коич из Никшичи, которая чрез многие лета проливала кровь и жертвовала жизнию и имением в единственном намерении жить под покровительством Республики, произвела достойного мужа Капитана Реформата Николая Коича, брата, сына, внука и правнука столь заслуженного дома.

8 - Алоизо Мочениго 1702 года, что старший сержант Томазо Коич из Никсичи за службу его и отца его капитана Коича пожалован подполковником Ультрамаринов.

9 - Марка Кверини 1739 года, что Цуанне Милосевичу, сыну Цуанне из Никсичи, дозволено поселиться в Каттаро.

10 - Джакомо Болду 1747 года, что Цуанне Милосевичу, яко из заслуженной фамилии Никсичи происшедшему, подтверждается право пользоваться всеми преимуществами, фамилиям Никсичи пожалованными.

11-  Его ж, Болду, 1747 года, что жительствующим в Ризано пяти фамилиям: Джиованни Бучичу, Алексе Николину, Андрею Драгичевичу, Райо Драгичевичу и Раде Родесалиевичу, происшедшим из числа тех, которые из Никсичи Турецкой державы добровольно перешли в подданство Венецианской Республики, подтверждаются привиллегии, коими Приморияне пользуются.

12 - Джюстина Больду 1756 года, что храбрый и верный народ Никсичи изъявил склонность перейти в подданство Республики, но по заключении мира остался по прежнему под Турецким владением; некоторые же знатнейшия фамилии, не желая быть далее под Турецким игом, рушились оставить свои имущества, в числе коих Алекса Николин основал жилище в Ризано и прижил многочисленное потомство, из которого сыну его Марку Алексину Николину подтверждены привиллегии, пожалованныя всем, из Никсичи происшедшим.

13 - Письмо от общества жителей Никсичи к Главнокомандующему в Далмации и Албании 1722 года, коим просят наградить фамилию Коич, показывают оной заслуженные почести.

14 - Свидетельство, данное в 1749 году от игумена Арсения, воеводы Иоаля Батричевича и других начальников Никсичи, что находящиеся в Бока ди Каттаро графы Алекса Николин и Рокса Йонна суть действительно дворяне и рожденные графы из Никсичи и пользуются всеми привиллегиями, пожалованными народам Никсичи.

15 - Универсал Полковника Михайла Милорадовича 1712 года Ивану Йорковичу из Никшич, что он постановлен воеводою, и чтоб со своим племенем Никшич был готовым на царскую службу.

16 - Манифест блаженной памяти Государыни Императрицы Екатерины IIй 1769 Генваря 19 и 1788 Февраля 31 сербам, Черногорским и всем Славенским народам, коими призываются они к восприятию оружия противу Турок.

17 - Письмо Подполковника графа Марка Ивелича воеводе и князьям Ускомице Никшичи, 1789 года, чтобы они вооружились против Турок и сделали нападение на Никшичи.

18 - Письмо Графа Ивана Остермана к Митрополиту Народа Сербского 1795 года, что Герцеговинские депутаты Архимандрит Авксентий и Сердар Мина Лазаревич, прибывшие для испрошения своему народу покровительства и дозволения переселяться в Россию, награждены от Ея Величества: первый крестом, а последний золотою медалью.

----------------------------------------------------------------------------

19- Грамота Государя Императора Павла I 1798 Апреля 30 Старшинам, Князьям и воеводам сербов и всем оставившим свое отечество Герцеговину и пребывающим в Морачах Никшичам-Требишанам и прочим, что присланное от них с депутатом Сердарем Миною Лазаревичем Никшичем-Требишанином прошение принято о особливым благоволением, и что о переселении их в Россию даны будут повеления.

20- Письмо Коллегии Иностранных Дел Члена Действительного Статского Советника Лашкарева Сердарю Мине Лазареву Никшичу-Требешанину 1798 года, при коем вручена ему вышеозначенная грамота и медали: 8 золотых и 10 серебреных, с тем, чтоб по прибытии в Морачи роздал оныя Старшинам, Князьям и другим Начальникам.

21- Письмо в Морачи к Требешанам оставившим отечество от Синан Паши града Оногошта, коим приглашает их возвратиться в отечество свое и обещает все прежния их поступки предать забвению.

22- Десять отношений Сердаря Мины Никшича в 1799 году к племенитым господам Наистаршему Капитану Богдану Никшичу, Аранбаше Луке Бучичу Никшичу, Одобаше Ивану Юрковичу, баряктарам: Иовану Дюрковичу, Христофору Иовановичу, Стояну Димитриевичу, Максиму Княжевичу и Андрею Драгичевичу, воеводе Михаилу Драгичевичу и Протопопу Рафаилу Симионовичу, с приложением медалей всемилостивейшее им пожалованных.

23- Письмо Г. Тайнаго Советника Новосильцова к бывшему Г. Министру внутренних дел Графу Кочубею 1803 Февраля 5—, что Государь Император снисходя на прошении Депутатов Славянскаго Народа, населяющаго Черную Гору и область Герцеговинскую, о пожаловании им за оказанныя России услуги в прошедшую Турецкую войну земель в России для поселения, Высочайше повелеть соизволил, взять все нужныя меры для удовлетворения прозьбы сих депутатов.

24- Письмо Государственнаго Канцлера Графа Воронцова к Старшинам Князьям и воеводам Сербов, оставившим свое отечество Ерцеговину и пребывающим в Морачах Никшичам-Требишанам, Кучам-Пиперовцам, Дробнякам и другим 1803 Июня 16, что Его Императорское Величество по прошению присланных от них Сердаря Мины Лазаревича Никшича-Требишанина и обер воеводы Тиота, Высочайше дозволил им двум и их родственникам до 15 семейств переселиться в Россию, и что им отведены будут земли в Крыму и в Губерниях Николаевской и Екатеринославской.

25- Резолюция на прошение Депутата от Славян Сердаря Мины Никшича с Товарищи, о назначении им 12,000 десятин земли, за подписанием Г. бывшаго Министра внутренних дел Графа Кочубея, 1805 Марта 21—, что Его Императорское Величество Высочайше повелеть соизволил,

ДОКУМЕНТИ СВІДЧАТЬ

прибывшим Славянам отвесть по удобности земли каждой дворянской фамилии, сколько обработать могут, а из Славян поселянскаго звания по 30 десятин на каждую мужескаго пола душу; отводить же землю в одном двенадцати тысячном участке без определения сколько кому именно, признается несоответственным доброму устройству и собственным пользам просителей; и чтоб поселян поселить на основании Общих правил для колонистов изданных, а дворянския фамилии с превосходящими издержками.

26- Письмо Архимандрита Авксентия Протопопа Теодора и воеводы Иована Никшича-Требишана 1808 года к вышедшим в Россию родственникам их Никшичам-Требешанам, коим по случаю войны с Турками, просят изходатайствовать для соотечественников их Сербов от России помощи.

27- Аттестат от Полковника Милорадовича 1807 года и список о службе Капитана Богдана Никшича, что он в бытность его в Сербии, в отечестве своем, называемом Ерцеговиною, служил войсковым начальником под командою брата его роднаго Сердаря Мины Лазаревича Никшича, а в Российскую службу вступил 1807 года Капитаном в вольную Сербскую Команду при Черногорском Гусарском полку состоящую и находился в действительных сражениях.

28- Имянной список вышедшим из заграницы Сербской Нации дворянам имянуемым вообще Никшичами и поселившимся Тираспольскаго Уезда при речке Балайчуке в Славяносербском селении Никшич, в коем написано 17 семейств. -

Херсонское дворянское Собрание по разсмотрении вышепрописанных доказательств определило: «из документов просителей Никшичев, Дрогичевичев, Воеводича, Радонича, Княжевичев, Юрковича и Семеновича явствует, что они уроженцы Сербской Провинции, называемой Никшичи, коих предки в позапрошедшем столетии от угнетения Оттоманскою Портою оставя свое отечество перешли под протекцию Венецианской Республики и по распоряжения тамошняго Начальства занимаясь храбрыми и общеполезными подвигами, отличили себя в военных делах, и за то Народы Никшичи вознаграждены чинами и другими преимуществами и привиллегиями, что все ознаменовано в Венецианских актах. Между тем потомки сих Никшичей по единоверию и приверженности их к Российской Державе, приняты в покровительство ея, кои в военныя времена не щадя ни жизни, ни имуществ своих на пользу общую, совокупно с Российскими войсками действовали в сражениях противу Оттоманской Порты, и за усердие к России, при всяком случае оказываемое, и Высочайшими Грамотами Российских Монархов изъявлена им монаршая милость и благоволение, и притом пожалованы денежным награждением и знаками отличия. Наконец из них нынешние просители Никшичи с родственниками их по Монаршему соизволению переселяясь в Россию на вечное ея подданство с правом заслуженнаго ими дворянства, определили детей своих в Российскую военную службу, в которой они и ныне находятся в чинах обер-офицерских. - Все сии доказательства соображая с 92 статьею высочайшей Грамоты 1785 года, дворянское Собрание полагает, что таковых доказательств на признание просителей Никшичей и родственников их дворянами достаточно, и в следствие того заключает, по силе 80й статьи Высочайшей Грамоты внесть их в дворянскую родословную книгу в 4- часть и выдать им в свое время грамоты; но не исполняя по сему донести на благоразсмотрение Герольдии с препровождением подлиннаго дела. - Сверх вышеписанных доказательств представлены письма Генерал-Лейтенанта и кавалера Графа Ивелича 1803 Июля 14 благородным воеводам, Князьям, Старейшинам и всем оставившим отечество и ушедшим в Морачу, что Государь Император за службу их и преданность пожаловал им земли близ Чернаго моря, 1804 Генваря 13 Протопопу Рафаилу Симоновичу, Миловану Спасоевичу и Марку Христофоровичу, что по прозьбе Сердаря Мины Лазаревича, Бошка Бучича и Матвея Юшковича пожалованы им в Крыму земли и на каждый дом туда переселившийся по 20 червонцев. Того ж года Февраля 28- Бошку Бучичу и всем Начальникам в Мораче, чтобы они Турок в Ерцеговине более не убивали и в полон не забирали потому, что Россия с Турциею в мире. Того ж 1804 года Апреля 12- благородным Протопопу Рафаилу, Марку Йовановичу, Луке Бучичу и другим: что присланы к нему были для договора Милован Драгичевич и Бошко Лазаревич, и что на все домы, которые приедут в Новороссию, Государь Император даровал за службу их богатыя земли. ОПРЕДЕЛЕНО: Хотя от жительствующих в Тираспольском Уезде Никшичей, Драгичевичев и других уроженцов Сербской Нации округа Никшичи, в доказательство дворянскаго их произхождения представлены Грамоты

ДОКУМЕНТИ СВІДЧАТЬ

Венецианских дожей и Главнокомандующих в Далмации, Албании и Ерцеговине, из коих видно, что переселившиеся с 1688 года из Никшичи в Венецианскую республику и вступившия в подданство оной, получили привиллегии, освобождающия их от платежа податей, и отличали себя храбростию в войнах с Турками; а из Универсала Полковника Милорадовича 1712 года и других актов явствует, что в бывших у России с Турками войнах, приглашаемы они были к подъятию оружия, и за оказанныя России услуги жалованы землею и медалями; но чтоб они имели дворянское достоинство, о сем дипломов Коронованных глав и других актов, каковыя дворянской грамоты 92 статьею повелено принимать за неопровергаемыя не представлено. Сверх сего в Имянном Высочайшем Указе на мнении Государственнаго Совета в 18 день Декабря 1816 года состоявшемся изображено: «Поелику Российскими подданными дворянство приобретается не иначе, как заслугами и прехождением постепенно в чинах чрез несколько лет самого ли просящаго дворянства или предков его, а потому к поддержанию столь важнаго для Российских подданных достоинства, от ныне и впредь установить, чтоб иностранцов, присягнувших на подданство России и просящих о причислении в Российское дворянство не иначе в сие звание производить как по оказанным их заслугам Российскому Государю и Государству, предоставляя впрочем избирать им здесь: или род службы, или другое какое дозволенное состояние без причисления их в дворянскому Сословию». На основании сего постановления Герольдия полагает, что из Сербских фамилий, вступивших в Российское подданство, следует внести в дворянскую родословную книгу токмо тех, кои находясь в действительной воинской службе, приобрели штаб и обер-офицерские чины, и по силе дворянской грамоты 78 и 79 статей состоят в военном и осьмиклассном дворянстве, и детей их рожденных в обер-офицерском звании; а прочих не имеющих чинов, сопряженных с дворянским достоинством, в родословную книгу не вносить. О чем в Херсонское дворянское депутатское Собрание послать Указ; при чем препроводить и доказательства. Подлинный за подписанием Герольдии. -

Секретарь Карл Гальберг С подлинным читал Губернский Секретарь Василий Кондратьев.»15

Таке рішення обурило прохачів. За час проходження паперів по інстанціях сердар Мина встиг у листопаді 1817 року померти від старості, отриманих ран і гірких розчарувань у здатності російської влади виконувати свої обіцянки, залишивши родичам у спадок, за образним висловом його брата Богдана, «самі лише горесті»16. Господарство

налагоджувалося важко і повільно («кривавим потом лиць наших») на тлі земельних суперечок з сусідами, і колоністи Нікшичі, треба думати, роптали дедалі більше. Сам Богдан, очоливши рід після смерті брата, вже кілька років не міг отримати з казни винагороду за службу у Сербській гусарській команді17. Все це підштовхнуло його до рішучих дій, і на початку 1818 року він прибув до Петербурга з наміром оскаржити рішення Герольдії і остаточно вирішити питання дворянства.

21 березня 1818 року капітан сербської служби Богдан Нікшич подав міністру юстиції Дмитру Івановичу Лобанову-Ростовському клопотання про передачу справи Нікшичів на розгляд Загального зібрання Петербурзьких департаментів Сенату, а також, перестрахувавшись, написав ще й міністру

внутрішніх справ. Як видно з довідки 3-ї експедиції департаменту Міністерства юстиції, поданої міністру 2 квітня 1818 року, в міністерстві юстиції самі не знали, куди слід подавати скарги на рішення Герольдії, але знайшли відомості, що у 1808, 1815 і 1817 роках імператору надходили аналогічні скарги від таких собі Гайків, Осецьких, Дзюрз-Селецьких, Русанова та Берлінського, та згадали указ Сенату від 4 лютого 1803 року, за яким Герольдія мала докладати про особливі випадки саме Загальному зібранню Сенату18. Отже, міністр юстиції доручив завідуючому канцелярією Загального зібрання обер-прокурору Аркадію Олексійовичу Столипіну взяти з Герольдії справу Нікшичів і доповісти сенаторам19, тим більше що справою зацікавився і міністр внутрішніх справ20. Поки справа блукала урядовими кабінетами, Богдан Нікшич 6 червня 1818 року подав міністру юстиції друге клопотання, приклавши до нього ще чотири документи, а саме маніфест Петра І та його грамоту усім сербським народам за участь у війні проти турків, свідоцтво від Чорногорського митрополита Петра І Негоша про походження Нікшичів та їхній родовід21. Клопотання закінчувалося словами: «Сиятельнейший князь, милостивый   государь,   смею   льстить себя

ДОКУМЕНТИ СВІДЧАТЬ

счастливою надеждою, что всенижайшая моя просьба неотъемлема будет от Вашего Сиятельства великодушной милости удовлетворения» і проханням вирішити справу позачергово22. Міністр передав нові документи Столипіну з рекомендацією контролювати хід справи23, а канцелярія Загального зібрання Сенату  у  серпні  передала їх  знов-таки в

Герольдію, бо там їх ще не бачили . Тим часом капітан Нікшич 8 серпня 1818 року явився особисто до міністра юстиції і подав третє об'ємне клопотання з живим пристрасним описом надій та реалій сербських переселенців, текст якого подається нижче із збереженням стилістичних    особливостей    та орфографії:

«№ 11387 Подано лично

8 августа 1818 2421 Его Сиятельству!

Господину Генералу от Инфантерии

Юстиции Министру и разных Орденов Кавалеру

Князю Дмитрию Ивановичу Лобанову Ростовскому

От Словяно Сербскаго в Россию призваннаго

с Турецкой Границы и поселившагося в урочище Белаях

Херсонской Губернии Капитана Богдана Никшича.

Покорнейшее прошение.

По поводу удостоєння праводетельным Вашего Сиятельства принятием от меня нижайшаго, сего Марта 21 и Июня 6 числ всепокорнейших моих прошений, с приложением на дворянское мое достоинство фамилии Никшич и Требешаней, Сербской нации в подлиннике и в копиях разных благовидностей от каранованных глав жалованных грамот и актов, благоволили уваженные обстоятельствы сии от лица своего предоставить на благоусмотрение и соображение в Общее Собрание депортаментов Правительствующаго Сената в прямой ли силе Герольдия о дворянстве нашем по доказательствам не взошла в уважение толико не маловажных подвигов предков наших, и самих нас служении по всегдашней приверженности к России. - В Следствие чего и чинится ныне в Общем Собрании Правительствующаго Сената постановление; К чему самому в обязанности я себя поставил к лутчему еще открытию нам пути, чрез высокою особу Вашего Сиятельства к начальственному содействию у сего поднесть сверх прежних гласностей Герольдиею не сужденных и не трактованных семь значительных видов, не в одном дворянстве нашем составляющих, а еще каким образом и с чем приохочены мы стали переехать в пределы покровительствующей России с Турецкой Границы к переселению в Херсонскую Губернию, обнадежены будучи полномочным уверением Российскаго Г Генерал Лейтенанта Марка Ивлича преимущественным убытков наших и раззорений от Турков за границей в Герцеговине и Мораче претерпенных в несколько крат вознаграждением.

И на сие то уповая мы и понадеялись войти в состав преданностию нашей к России искони жертвуемой искренностию по единоверию. - Ночтож на против случилось, брат мой родной покойной Сердар Мина Лазарев сын Никшич, до самой смерти своей, приключившейся прошлаго 1818 года Ноября 21 дня [очевидно, помилка писаря у написанні року. Мина Нікшич не міг померти у листопаді 1818 р., оскільки документ складено у серпні 1818 р. - Ю.К.], быв терзаєм всегда горестию и сокрушением, от того представления, что при двух Высочайше пожалованных ему знаках, и многих обнадеживаний о благосостоянии его, и его сродственников, претерпевал крайнюю бедность с женою и тремя детьми, при старости лет его и изнеможении сил, по разным случаям приключившимся; страдал он и от того воспоминания что родственники его и мои, в двадцати одном семействе состоящие, вышед из Герцеговины, поселены ныне Херсонской Губернии, Тираспольскаго уезда, в урочище Белаях, и поселены без твердаго основания, в разсуждении количества земли им предназначенной, и того неведения, к какому званию и роду жизни причислены они будут, страдал он повторяю до самой смерти, и (вставил мне и родственникам наследство, единыя свои горести, которыя умножаются поминуно когда представлю

ДОКУМЕНТИ СВІДЧАТЬ

себе, что фамилия предков наших в Сербии Никшич именуемая, при Короле Стефане Волкановиче, из первых княжеских фамилий была почитаема; и за прадедом нашим, родная сестра короля того была в замужестве. - По падении Царства Сербскаго, хотя фамилия сия, и много утратила блеску своего, но между соотечественниками всегда была уважаема, и от времен Петра Великаго до сего времяни престолу всероссийскому была преданною, оказывая во всяких случаях верную и усердную службу. Прадед наш Князь By кота и брат его Николай Никшичи от того же Государя Императора Петра Великаго, в 1711м-году, обще с известным Милорадовичем, за воинския их против Турков подвиги, получили чины Полковничьи и денежное награждение, равно и дед наш Стефан Никшич, будучи Сердарем в Герцеговине, безпрестанно вел войну с Турками, а так же во время блаженныя памяти Государыни Императрицы Екатерины Великия, я с покойным братом моим начальствуя над всеми христианами Герцеговины, и получа в 1789м году Высочайший Манифест Ея и грамоту, чрез графа Ивелича побуждающие поднять оружие против Турок, немедленно и усердно, Высочайшую волю Ея как в первую, так и в последнюю войну с Турками выполнили, сражаясь с общим неприятелем не малое время, в коих сражениях, получили оба тяжкия раны, сократившия жизнь покойнаго брата и мое здоровье, во время таковых и последних произшествий, покойной брат мой Мина Никшич, будучи Сердарем и начальстуя над Герцеговиною, был всегда избираем народом Депутатом ко двору Всероссийскому, и от Государей в Бозе опочивающих, Екатерины Вторыя и Павла 1 был принимаем всегда милостиво и награжден от них медалями.

Клопотання капітана Б.Нікшича. 8 серпня 1818 p.

По окончании Россиянами последней войны в 1789м году, Турки в отмщение нам, обратили на нас многие силы, несравненно превосходящие силы христиан, принудили нас укрываться от них, и раззорили движимое и не движимое имение наше, и сродников наших в 12 местах состоящее пожгли все домы; а собственными нашими с покойным братом, семью домами овладели, оставя нас в беднейшем состоянии, в горестном таковом, беднейшем положении, когда и самая жизнь наша, всякую минуту подвержена была опасности, к чему приступить мы могли с братом и родственниками, для облегчения скорбной, бедственнейшей участи нашей? Мысль утешительная о России, в величестве Ея покровительстве, и матернем попечении о нещастных; представление милостиваго, кроткаго приема Государями Российскими, и правительством, покойнаго брата моего, во времена Депутатства его, и наконец мысль, соделатся подданным Государей Всероссийских облегчила бремя скорбных сердец наших, просвещая мрак их светлою надеждою. - Скоро, усердно исполнили мы предприятие сие, прибегнув к престолу милосердия, с тем твердым упованием, что благодетельная Россия, усыновит нас наряду, с прочими отличными Ея сынами, и воспримет под

ДОКУМЕНТИ СВІДЧАТЬ

покров довольственнаго Ея покровительства, мы исполнили предприятие сие, и в 21м семействе сродников наших, прибыли в Россию, где и поселены, Херсонской Губернии на отведенной нам земле, в 3650 десятинах состоящей; и поселены на оной в то время, когда покойной брат мой уповая уверял нас что отведут нам земли 12000 десятин и благосклонно причислят всех, к дворянскому достоинству.

Да дозволено будет мне представить здесь в кратце, прежнее и настоящее состояние мое и моих сродников. - В Герцеговине, мы произошли от Княжеской фамилии которая всегда из первых почиталась начальствуя безпрерывно над тамошним народом, на что имеем, основательные доказательства, здесь в России мы не знаем еще, к каковому роду жизни причислены будем. В Герцеговине, мы имели выгодные домы, не малое количество земли, сады луга и всякия прочия выгоды, что состовляло для всех довольственное состояние, здесь на степи, отведено каждому семейству по 150 десятин пустой земли не обработанной, кроме семейства брата моего, которому отведено 500 десятин, и от которой земли, должны мы доставать пропитание, в кровавом поте лиц наших. Когда злощастными для нас стечениями мы утратили все в Герцеговине, то что надеялись получить в России, безбедное состояние, как и покойной брат мой, не умел у правительства Российскаго, составить и себе и всем родным его постояннаго благощастия, то долженствуем ли мы родственники его наследовать его погрешности; и претерпевать бедность и сокрушение, в то время, когда известно свету кроткое, милосердное, великодушное сердце, несравненнаго Государя нашего, и заимствуемое от Него, правосудие и снисхождение Правительства Российскаго? -Но какое напротиву ревновавшим нас ужастное поприще открылось, когда в место награждения, что прежде в 1803м и 1804м годах нам назначено и дано было Военным Губернатором Беклешовым в Херсонской Губернии Тираспольскаго уезда в урочище Белай пустопорожней ни чем и ни кем не занетой земли оброчной статьи 59 номера 12ти/т. десятин на упомянутое Никшичей и Требишаней общество из Морача и Герцеговине по раззорении Турками в покров свидетельствуемаго владыки Митрополита пришедших. - Но что с нами какая в России благотворность последует в ожидании обещанной но не исполненной милости нескольких семейств родных наших и до днесь не двигнувшихся с мест, потому что год от году слышут оне про Херсонское начальством нас предобеждение и в течении минувших 14 лет существуемою там межевою Канторою вокруге нас земли от часу обрезанием и умалением отбирается даже и та которая нами хозяйственным образом разработана, всего же несносно оскорбительней и наименовали нас в Херсонской Губернии колонистами с платежем за землю ныне нами владеемую в казну повинностей.

В таком случае да дозволено будет мне просителю сказать, что сродство наше Никшечей и Требешаней Графом Ивлечем уверенное облечись новою славою по заслуженности издревле честнаго имяни дворянскаго, а ныне в мещены стали в колонисты по земли обнадеженной нам получить за потерпение раззорительных от Турков бедствий в благотворной России, в коей надеялись раноль поздоль найти себе покров и защиту, милость и благотворение не колонистами разширится могущее и на потомков наших довольно и здесь в высокославной службе из единой токмо моей фамилии Никшич Всероссийскому престолу до 30 человек верно и честно послуживших в обер офицерском звании, да и впредь продолжать из недорослей ревнуемых; но совсем тем оскорблены мы стали заслуженные и жалованные Сербские дворяне с лишением вышеупомянутой Статьи 59 номера должной быть в известности и в депортаменте Государственных Имуществ, куда мы первые пришед на землю сию до 15 фамилий Славяно Сербских нас дворян имеющих у себя не которыми крестьян и дворовых людей, построились деревянными и каменными домами, скотоводство завели своим коштом, храм Божий соорудили железом покрытой стоющей нам хозяйственно до 20ти/т. рублей, к чему самому в Степи сей воды посредством трудолюбия нашего прочищением стоков открыли, и в одно место приведя тремя преградами удержание зделали, рыбы напустили, сады и пашни разработали, а в средоточии степи упоминаемой Статьи сей 59 номера на дороге Березовской построил я проситель собственным своим коштом постоялый двор в роде Герберха для припокоения проезжающих, и для безопасности с семью хатами огороженных дворов для своих 6 душ Крестьян в ревизии за мною положенных, а другие отдаются обывателям для пригона скота выкармливаемаго на общественную градскую пользу, и всему благоустройству такому как стал вид нами открыт, воды, пруды, и колодези, готовые, земля разработана, то и других глаза расширились вселением 59 Статьи владения нашего

ДОКУМЕНТИ СВІДЧАТЬ

херсонским начальством отмежеваннаго А Имянно: Шляхтинки Попроцкой 1000— десятин даже с строением и с хлебом 120— коп пшеницы арнаутки и прочего хлеба стоющаго мне без малаго на 3000 рублей сильно от меня отнято и Попроцкой отдано, еще чиновнику Княжевичу 3000, Мичману Тановичу 500 Курисову, Генералу 700 Черногорцам 1000 десятин, о чем ныне пишут ко мне из дому в самом том месте где Герберх с семью хатами мною устроены, но ныне в отдачу отмежовано таким черногорцам, коих мы вовсе не знаем как оне не из нашей Герцеговине и Морача, и раззорении никаких от Турков не имели, и Графа Ивлича вызов на них по рескрипту Государя Императора не распространялся, кои б и все прочия могли в других пустопорозжих местах испрошенное им число земель взять под поселение, но сего не зделано, а на наши труды стремление возъимето с несносною обидою с несносною обидою отмежевания от нас участников, чрез единственное название нас колонистами, а не вызванными и не обнадеженными из Турецкой границы прейти Сербскими дворянами волею Монарха в предела России, но ни какою данною выписью на землю сию нам тогда ни после не снабденных, чему всему растройством нашим и причиной состоит не иной кто как заверивший нас Всевысочайшим Государя Императора имяни грамотой и рескриптом Г Генерал Лейтенант Граф Ивелич, толико нас окураживший, естьли толко он в подлиннике имел и имеет оные и нас выходом из заграницы и награждением заверил, по приобщенным при сем копиям то что может быть Священней как не Высочайшее соизволение обнадежившее нас, но и вовлекшее по неходатайству Графа Ивлича в нижеизъясненную нерешимость 59 номера статьи земли в Херсонской Губернии назначенной нам под поселение единственно Славяно Сербских дворян вызванных им Графом Ивличем из Герцеговины 21 семейства Никшичей и Требешаней радных наших и здесь в нахождение наше в России не упустивших служения иметь по дворянской общественности гражданской и за границей в Гусарской Сербской Команде как из аттестатов моих видеть можно с не получением даже и до днесь причитающихся мне из Казны 716 левов, то после сего могу ли я неся всегда почтенное имя и бремя на истарейшины в ранге заслуженнаго и раненаго капитана, а брат мой радной покойной Сердар Полковничья чина с детьми и стоварищи природными Сербскими дворянами почислены быть Колонистами; странность сию предаю в прозорливое благоусмотрение и уважение Вашего Сиятельства, и всенижайшее прошу сие мое прошение с приложениями правосудному высокаго начальства разрешению удостоить по принадлежности праводить Правительствующаго Сената в Общее Собрание депортаментов, чтоб мы в месте с дворянским достоинством при утверждении, по вверенности Его Сиятельства Графа Ивлича награждены были священным словом Монарха в полной мере и тою самою благоволенною и данную нам 12ти/т. десятин в Херсоне и Белае 59 статьею земли с изглажением имяни названия нас Колонистами, а вместившимся к нам, пришельцам отвести в других метах без утеснения нас со взысканием от меня отнетаго на 3000 рублей хлеба от Попроцкой домогшейся помещицы, дабы по потушений неприятностей могли к нам прибыть и оставшияся наши родственники и свойственники во едино без обидное для нас селение, те самыя о коих владыко черногорской Митрополит свидетельствует, и Граф Ивлич вызов и обнадежение нам учинил, и затем как изубытившимуся мне здесь в столиции в 8м месяцов претерпенных издежек, хотя - в вознаграждение причитавшияся мне 716— Левов произвесть по курсу ассигнациями что мне пить есть здесь стало нечего; о чем и не оставить Вашего Сиятельства начальническим содействием и многочисленных жалоб наших о вышеизъясненном к начальствующим в Херсонской Губернии лицам приносимых прекращение учинить посредством предоставления верховному правительству благоусмотрения и до Высочайшаго Его Императорскаго Величества престола доведением досведения, с испрошением нам обещанной милости от Всевысочайшей Воли зависимой, и нещастную судьбу нашу в предначертанных дву терминах о дворянстве и об земли разрешить всемощной, каковое правосудие да возжет в сердцах наших светильник благодарности и потомков наших к почтенному бремени службы несения ревнованием преумножить.

К сему прошению сербской капитан Богдан Никшич руку приложил Августа «8» дня 1818 года»25

ДОКУМЕНТИ СВІДЧАТЬ

Не обмежуючись двома міністрами, капітан заручився підтримкою петербурзького військового генерал-губернатора графа Михайла Мілорадовича, за походженням серба, під началом якого брати Нікшичі служили у 1807 році у складі Молдавської армії. Крім того, предки Нікшичів і Мілорадовичів спільно воювали на російському боці проти турків ще за часів Петра І. Тож 10 жовтня 1818 року і 5 січня 1819 року Лобанов-Ростовський отримав від Мілорадовича листи з проханням надати Нікшичам можливе покровительство, оскільки він особисто знає, скільки вони потерпіли від турків та які вони віддані Росії26. На другому листі стоїть резолюція міністра: «Прискорити хід тієї справи і за довідкою відповідати графу Мілорадовичу»27. Тим часом у грудні 1818-січні 1819 року справа знаходилася на розгляді у юрисконсульта Міністерства юстиції дійсного статського радника Миколи Ілліча

 

Анненського28 , після чого потрапила нарешті до Загального зібрання Сенату. 25 лютого 1819 року рішення було прийнято (хоча й відзначалося без конкретики, що сенатори мали різні думки): усі 54 чоловіка та 46 жінок, що значилися у поданому Нікшичами списку на дворянство, були визнані російськими дворянами29. 20 червня 1819 року обер-прокурор Столипін передав міністру юстиції текст доповіді Загального зібрання Сенату імператору і витяг з доповіді. У витягу відзначалося, що Нікшичі «потерпають у бідності і невідомості», а на своїй батьківщині ж вони завжди були «в першокласному достоїнстві», що засвідчили і графи Марко Івелич та Михайло Мілорадович30.

Протягом серпня 1819 року у листуванні між Державною Канцелярією по відділенню цивільних і духовних справ, канцелярією Загального зібрання Сенату, обер-прокурорами Міністерств юстиції та внутрішніх справ було з'ясовано решту нюансів31, і російське дворянство Херсонської губернії поповнилося сотнею нових членів.

1. Державний архів Херсонської області (ДАХО). Ф. 14 Херсонська губернська креслярня, on. 1, спр. 907, арк. 22.

2. Там само, арк. 6 зв.; Державний архів Одеської області (ДАОО). Ф. 1, оп. 218, спр. 1, арк. 322-322 зв. Подається за: Первое сербское восстание 1804-1813 гг. и Россия. - Книга первая. 1804-1807 гг. / Сост. В.П.Грачев, Н.ПДанилова. Отв. ред. С.А.Никитин, В.Чубрилович. - М.: Наука, 1980. -С. 196.

3. Там само.

4.  Там само.

5 ДАХО, ф. 14, on. 1, спр. 907, арк. 9; Мирко Р. БаріактаровиЬ. Судбина одселених Срба у України. Зборник радова Етнографског института, Београд, 5, 1971, стр. 139-150. Подано за http://www.rastko.org.yu/rasto-ukr/index.html/. 6  ДАХО, ф. 14, on. 1, спр. 907, арк. 7 зв., 9.

7. Там само, арк. 8, 35 зв.

8. Там само, арк. 9; ДАОО, ф. 1, оп. 218, спр. 1, арк. 322-322 зв. Подається за: Первое сербское восстание 1804-1813 гг. и Россия. - С. 197.

9. ДАХО, ф. 14, on. 1, спр. 907, арк. 9 зв.-10. 10ДАОО, ф. 1, оп. 218, спр. 1, арк. 322-322 зв. Подається за: Первое сербское восстание 1804-1813 гг. и Россия.-С. 197.

11 .Російський   державний військово-історичний архів (РДВІА). Ф. 14209,     оп. 5/165, спр. 27, ч. 6, арк. 6. Подається за: Первое сербское восстание 1804-1813 гг. и Россия. - С. 370. 12.ДАХО, ф. 14, оп. 1,спр. 435, арк. 1-11. 1З. Там само, спр. 907, арк. 8.

14. Там само, арк. 9.

15. Там само, арк. 4-10 зв.

16. Там само, арк. 21 зв.

17. Там само, арк. 23 зв.

18. Там само, арк. 11 зв.

19. Там само, арк. 13-13 зв.

20. Там само, арк. 15.

21. Там само, арк. 18-18 зв.

22. Там само, арк. 18 зв.

23. Там само, арк. 20.

24. Там само, арк. 26.

25. Там само, арк. 21-24.

26. Там само, арк. 28-28 зв., 33-33 зв.

27. Там само, арк. 33.

28.  Там само, арк. 32.

29.  Там само, арк. 38, арк. 7-48.

30.  Там само, арк. 43-44.

31. Там само, арк. 45-48.




 

Біля витоків Чорноморського флоту (продовження) З історії голодомору на Херсонщині у 1932-1933 pp