Біля витоків Чорноморського флоту (продовження)




У наступних листах Сухотін розповідає, що «посланный из Херсона с восьмью партиями для описи Днепра господин капитан-лейтенант Языков рапортовал, о возвышении воды в реке так, что в некоторых местах река из берегов вышла». І далі знову повертається до «прилипчивой болезни...»: «...ныне у нас в Херсоне опасной болезни, благодаря Бога нет... а по другую сторону Днепра, как то в Кизикермене [нині - Берислав] и в населенных слободах еще открывается, сохрани Боже, чтоб каким-нибудь случаем не привезли опять в Херсон, хотя в том и сделаны все предосторожности... о работах моих вашему сиятельству донесть честь имею, - потім Сухотін продовжує розповідь про корабельні справи, - употребляя все силы в отделке камелей, которых ныне строением доведены до того, что и спустить на воду можно, если б к тому прибыль в Днепре воды понудила, но как еще оная невелика, то и стараюсь... окончить [работы] на берегу, на корабле №1... строение также производится, сверх сего... в Збурьевске мореходные суда... малыми починками исправляются, немалое число гребных судов, а особливо нужные для проводки корабля отделываются. Прибытие его светлости [Потемкина] сюда мы ежечасно ожидаем. Однако... его еще в Кременчуге нет. Ваше сиятельство... изволите поверить, сколько мне нужно здесь его присутствие, а особливо для того, что в рассуждении недостаточного числа мастеровых в строении начатых судов, так как всех обстраивать невозможно. 18 апреля 1784, Херсон». (31)

У цьому листі цікава деталь - у Збур'ївці також йшло будівництво «малих» суден-камелей і веслових суден.

Наступний лист у нашій колекції відноситься вже до травня 1784 року, наведемо його, аж надто колоритний стиль цього послання:

«Сиятельный граф! Милостивый государь!

Хотя при сем случае и было бы о чем вашему сиятельству донести, но по рассуждении прибытия вчерашний день в Херсон его светлости князя Григория Александровича (32) по хлопотам и заботам не имею время распространять моих мыслей, а когда его светлость по намерению своему отбыть изволит в Таврическую область, тогда удосужась и собрав все свои изнеможения и недостатки, вашему сиятельству обстоятельно донесть не примину... 16 мая 1784 года (33). Херсон. Яков Сухотин». (34)

Через день Яків Пилипович писав графу Чернишову: «... Его светлость [Потемкин] пробыл здесь только два дня, а на третий, то есть 17 числа отправился в Таврическую область, - і далі розповідає про наказ Потьомкіна, - спешить отстроить оного корабля и заложенного 50 пушечного фрегата по недостатку ж здесь плотников... употреблять матросов и солдат, знающих ту работу... Сверх оного из полков мне объявить, что таковых определить достаточное число из армейских солдат с зарплатою... по 8-ти и 6-ти рублей на месяц. Я требовал от его светлости единственного положения, какое число имеет здесь кораблей и фрегатов, на что получил положение, но еще не формально, а только по одной [записке], что построить здесь должно 2 корабля осьмидесятных, 10 шестьдесят шести и 8 фрегатов пятьдесят пушечных, в которое число и спущенной корабль «Слава Екатерины» [полагается]...Ныне же, милостивый государь, занимаюсь большей частью в приготовлении к проводке на камелях корабля «Слава Екатерины». Боже мне помози сию первую пробу благополучно кончить. 23 мая 1784 года. Херсон. Вашего сиятельства милостивого государя всепокорнейший слуга Яков Сухотин» (35).

Отже, у травні 1784 року, після остаточної «знемоги» епідемії, роботи на верфі відновилися, і почалася підготовка до виходу в «большой свет» «Славы Екатерины».

З червня в черговому листі Сухотін повідомляв: «Корабль «Слава Екатерины» ставится на камели, которой непременно уповаю в среду или в четверг отправить к бару (36) через 3 дня.» 6 червня Яків Пилипович писав графу Чернишову: «...корабль «Слава Екатерины» поставлен совсем на камели и сегодняшний день, конешна, должен отсюда отправиться. Медленность при постановке оного, думаю, произошла не отчего другого, как только от того, что находящиеся здесь мастера и подмастерья в таковых случаях никогда не бывали... О находящихся здесь 3-х фрегатах, которые ни в какое употребление за гнилостью не способны, получил резолюцію (37), но и то неписьменную, а словесную, чтоб оные изломать, о чем я и в государственную адмиралтейскую коллегию рапортом доносил. 6 июня 1784 года, Херсон» (38).

Пройшло десять днів, з ранку до пізнього вечора йшла робота із «доведення» «Слави Катерини» і 17 червня 1784 року віце-адмірал сповіщав Чернишову: «... От 6-го числа сего месяца вашему сиятельству я доносил, что корабль «Слава Екатерины» поставлен на камели и скоро отправится к бару, ныне же вашему сиятельству имею честь донесть, что тот корабль от Херсона отправился на другой день, то есть 7-го числа, а 13-го числа с Божией помощью все мелководы благополучно перешел... На самой мелкости вода была в то время 714 фут, а отошед на камелях на глубину 16/4 фут с камелей спущен. Я, вашему сиятельству не описываю трудностей, бывших при сем случае, в рассуждении быстроты воды и первого опыта. А только благодарю Бога, что он мне помог сие окончить благополучно. Теперь приготовляют к постановлению мачт, а камели возвращаются   в   гирлы,   дабы   на оных перетембированной здесь фрегат «Херсон» чрез мелкость перевесть, которой сего числа на бару для постановления на камели отправился. О чем, донеся с глубочайшим моим высокопочтением и преданностью всегда пребываю. 17 июня 1784 года, Херсон. Вашего сиятельства Милостивого государя всепокорнейший слуга Яков Сухотин» (39).

Макет корабля «Слава Екатерины». Херсонський обласний краєзнавчий музей

Отже, «Слава Катерини» пішла з Херсона 7 червня, з камелей спущена 13 червня, ми, завдяки листам Я.П.Сухотіна можемо по днях відновити картину виходу в «великий світ» першого побудованого в Херсоні корабля Чорноморського флоту. У ці ж дні готувався спуск фрегата «Херсон» і ось наступний лист, датований 24 червня 1784 року: «...Фрегат «Херсон» по постановлений на те ж камели июня 21 числа с Божией помощью переведен благополучно; и теперь осталось мне сделать, а особливо первой препроводить в Черное море в рассуждении Лиманской глубины; сия проводка немало отняла у меня времени для других работ.

Я, вашему сиятельству доносил, что остался без мастеров корабельных; на вчерашний день один из них, г-н Афанасьев возвратился. Здесь, милостивый государь, настали малые жары, которые и работу производить много препятствуют, а только что работу поутру и под вечер с успехом производить можно... 24 июня 1784 года. Херсон» (40).

Читаючи про повернення корабельного майстра С.Афанасьева, звертаємося до листа від 17 червня, в якому повідомляються досить цікаві деталі спуску корабля:

«Сиятельный граф, милостивый государь.

Когда корабль на камелях будучи, уже против речки корабельной, его светлость [Потемкин] изволил прислать ко мне из Елисавета (41) курьера, чтоб я отправил к нему корабельного мастера Афанасьева, который в то время находился на корабле и хотя нужно было при переводке через мелкость оного иметь на корабле, однако ж принужден был его того ж числа оттуда взять и отправить...

Вместо ж оного находился на камелях мачтовый мастер Большаков, который довольно при сем случае показал свое в том знание и проворство, которого я с прочими минувшего апреля 16 числа имел честь представить государственной адмиралтейской коллегии к награждению чина, о чем и ныне вашего сиятельства милостивого государя всепокорнейше прошу, чтоб оказать просимую мною ему милость... 17 июня 1784 года. Херсон». (42)

Отже, спуском корабля «Слава Катерини» керував щогловий майстер Большаков, для нас нове ім'я, відтепер воно ввійде в історію херсонського суднобудування.

Майже в кожнім листі в адміралтейську колегію Сухотін згадує про нестачу кваліфікованих фахівців, тесль, ковалів: «Князь Григорий Александрович обещать изволил мне определить достаточное число из армейских солдат, знающих плотничью работу, которых по сие время прислано ко мне из находящихся здесь 4-х полков только 37 человек, но и те весьма в том искусстве недостаточны. Сверх оных недавно, при ордере от его светлости, получил из Киева, оставшихся за распределением в полки, рекрут 236 человек, которые, хотя никакому мастерству неумеют, однако ж написал [определил] оных ... в плотники и по другим мастерствам, дабы со временем из них иметь мастеровых...» (43)

А наступний лист просто кричить про необхідність надсилання ковальських справ майстрів: «...Я сколько не старался изместиться [обійтись - З.О.] о кузнечной работе... но самая необходимая крайность принуждала меня минувшего июля 29 числа представить государственной адмиралтейской коллегии и просить по приписанным о том представлении резонам, присылки к здешнему адмиралтейству кузнечного мастера или достойного подмастерья и нескольких человек кузнецов. Я не могу, вашему сиятельству, донесть чтоб я не имел недостатка и по протчим мастерствам, но кузнешное мастерство доводит меня до самой крайности, хотя я ныне и измещаюсь определяемыми из команд матросами, но сие весьма мало мне против знающих кузнечную работу заменяет. Всепокорнейше прошу вашего сиятельства, показать мне сию милость, чтоб мастера или подмастерья... прислать как возможно скорее.. .» (44)

Незважаючи на брак людей, на літні «жари», про які, писав Сухотін, «живущие здесь давно, сказывают, что июль и август месяцы всегда здесь тягостны, а потому и при работах моих делают великую остановку...». Згадує Сухотін і про сильні східні вітри, «от которых немалое бывает волнение так, что к судам и кораблю подходить не можно...». I все-таки: «...находясь против Очакова, к 23 числу минувшего августа был совсем к походу в море готов и для осмотра и исправления оного корабля [«Слава Екатерины»] ездил я берегом через Кинбурн; и не знаю, каков будет под парусом, а в прочем корабль очень хорош и весьма желая, чтоб оной и с ним фрегат «Херсон» отправились при мне, но противной ветер тому воспрепятствовал, а более как оной корабль нагружался не доходя, как к Кинбурнской и Очаковской, между которыми и проход весьма узок, также не дозволили, а потому, снабдя их повелениями, должен был возвратиться в Херсон; а того августа 29 корабль и фрегат [«Херсон»] прошли Косы, а 31 числа отправились совсем в море».

І знову, як і в попередніх листах віце-адмірал говорить про важку проводку корабля: «Здешняя проводка корабля столь затруднительна, что насилу слишком в два месяца от постановления на камели могли отправить, но думаю, что сей первый опыт научит делать оное скорее». У цьому ж листі Сухотін барвисто описує враження, яке справила на турецький Очаків поява корабля: «Прибытие корабля к Очакову турков весьма потревожило, а особливо увидя оный не нагруженный, но напоследок были спокойны и ласковы и какие надобны были удовольствия с очаковского берега ни в чем не препятствовали, а с великим удовольствием и учтивостью брать позволяли, не мало ж тому удивлялись, как такую машину через мелкость перетащили и что они сего никак не ожидали, что можно то было сделать. По первой посылке с корабля на берег очаковский генерал губернатор присылал на корабль двух офицеров поздравить с прибытием, а напротив того и с корабля посланы были к паше два офицера, которые были приняты по их обыкновению с церемонией и сверх угощения, надели на них по турецкому кафтану в подарок.

Я не знаю, милостивый государь, то ли у них на сердце, какова наружность. Более сего, вашему сиятельству милостивому государю доносить ничего не имею.

С высочайшим моим почитанием и преданностью навсегда пребыть имею Вашего сиятельства, милостивого государя всепокорнейший слуга Яков Сухотин. 2 сентября 1784 года. Херсон». (45)

Отже, закладений 26 травня 1779 p. лінійний корабель «Слава Катерини» 31 серпня 1784 р. разом із фрегатом «Херсон» залишив порт, що їх народив, вийшов у море і 14 вересня 1784 р. прибув у новий порт Чорноморського флоту - Севастополь. «...Вчерашний день господин Макензи, - повідомляє Я.Ф.Сухотін в адміралтейську колегію, - прислал ко мне с нарочным рапорт о прибытии 14 числа в Севастополь корабля «Слава Екатерины» и фрегата «Херсона»... 19 сентября 1784 г. Херсон». (46)

Пройшло 5 років, за цей час створено новий Чорноморський флот, новий порт Севастополь, побудовані і спущені на воду лінійні кораблі і - «Слава Катерини» - первісток херсонського військового суднобудування.

Улітку 1783 р. будувався в Херсоні і корабель № 1, названий на честь спадкоємця престолу «Святим Павлом». Будівельниками його були матроси команди капітана Ф.Ф.Ушакова.

Переживши страшну «прилипчивую болезнь» - чуму і зберігши «счастливым выпользованием» свою команду, капітан Ф.Ф.Ушаков і його матроси 24 квітня 1785 р. спустили корабель на воду. Ось як пише Я.Ф.Сухотін про цю подію: «Минувшего апреля 24 числа корабль Святы [«Святой Павел»] под командой г-на капитана Ушакова от Херсона отправился к мелководию, а за ним последовали и камели и оные туда уже прибыли и, уповаю, завтрашний день постановление на камели корабля совсем закончится. Дай Бог, чтобы проводка оного чрез бар так же была счастлива и благополучна, как прошлого года корабля «Слава Екатерины»... Я весьма, милостивый государь, опасаюсь, чтоб не воспрепятствовала мне большая вода спустить, приходивший к окончанию строением фрегат и корабль...»

У цьому листі Сухотін згадує про погодні умови в Херсоні: «...Время у нас стоит теплое, а иногда бывает и жарко. Дерева, какие здесь есть, начали цвесть.. .» (47)

Адмірал був, мабуть, незважаючи на свою сувору службу, людиною з поетичною душею. У дуже багатьох листах, поряд з чисто діловими речами, він згадує про погоду і природу в новому краї: «Дерева, какие здесь есть, начали цвесть...». А фраза про турецький Очаків: «То ли у них на сердце какова наружность», - класика! А кількаразові згадування про стан Дніпра та спекотну погоду - «жары». Ми, на жаль, мало знаємо про особистість, духовний світ Якова Пилиповича, але, судячи з листів, він був не позбавлений літературного дару, а, можливо, він був поетом? Усе кануло у вічність, нам залишається лише припускати і шкодувати, що так мало знаємо про людей минулого.

У січневих листах Сухотін повідомляв: «У нас, милостивый государь, сухое время... и сегодняшний день [25.1] сделалась оттепель и дождик...». У лютому Яків Пилипович пише: «...За новое и никогда небывалое здесь, вашему сиятельству доношу, что река и лиман по очищении ото льда при наступивших по здешнему месту жестоких морозах опять льдом 18 числа сего месяца [февраль] покрывалась, который толщиной ныне пять дюйм, а вчерашний день выпал немалый снег и так у нас теперь совершенной зимы вид...»

Край був новий, невивчений і всі, навіть незначні деталі, мали значення, а Сухотін був флотоводець-суднобудівник, картограф, дослідник і інтереси його були широкі.

У листах значне місце займають питання промірів і опису річок, озер, лиманів. Команди моряків відправлялися в тривалі експедиції по річках України.

Але повернемося до «Святого Павла». У листі від 8 травня 1785 р. Сухотін писав: «... Ныне вашему сиятельству покорнейше доношу, что сего ж мая 4 числа «Святой Павел» чрез мелкость благополучно переведен и за сделавшим в то время крепким ветром, принужден был на 9 футах глубины стоять двое сутки, а по утешении ветра, 6 числа отошел на глубину 15 фут, где и на камели спущен; теперь, милостивый государь осталось поставить на оной мачты и препроводить для настоящей нагрузки... Теперь же, милостивый государь, прилагаю старание о приготовлении к спуску приходящих строением к окончанию корабля и фрегата и с которых ... хочется в нынешнем месяце хотя один спустить на воду... 8 мая 1785 года. Херсон». (48)

У травневих листах Сухотіна мова йде про «пребывания» у Дніпрі води понад «ординар, что препятствовало спуску кораблей, но с 22 мая... возвышения оной не было сверх ординара 6 фут... На корабле «Святом Павле», состоящем в лимане между Станислава и Глубокой Пристани на 16,5 футах, вчерашний день [25 мая] в бытность мою на корабле последняя бизань мачта поднята и на место поставлена... постановление оных, милостивый государь, есть из последних и трудных работ, а особливо при нынешнем времени, как-то беспрестанно... крепкие с моря ветры, которые и транспорту того корабля много препятствуют...». Листи доносять до нас атмосферу напруженої праці моряків, корабельних майстрів, робітників і завжди поруч ті, хто очолював, керував спуском -капітан Ф.Ф.Ушаков, віце-адмірал Я.П.Сухотін, їхні товариші. 21 липня Сухотін доповідав в адміралтейську колегію, що «Святий Павло» 19 липня з усіма транспортними судами з вантажами відправився до Кинбурну, а після отримання усього свого вантажу піде в Севастополь... (49)

І нарешті: «При сем же вашему сиятельству имею честь донести, что корабль «Святой Павел» под командою г-на капитана Ушакова минувшего августа 24 числа прибыл уже к Севастополю. Я могу вашему сиятельству об оном г-не Ушакове свидетельствовать всегдашнюю его исправность, попечение, а особливо при сем случае довольно доказал оную...» (50)

Два головних лінійних кораблі пішли в Севастополь, на верфі продовжувалася інтенсивна робота, у наступних листах Сухотін повідомляв, що: «фрегат «Святый Георгий» и линейный корабль «Мария Магдалина» к отправлению к Кинбурну состоит, «Мария Магдалина» по благополучном переводе минувшего августа 21 числа на камелях в лиман... все мачты и бушприт поставлены и вооружается...». Адмірал сподівався до «наступления глубокой осени отправить в Севастополь...». (51)

Через місяць, у жовтні 1785 р. Сухотін писав: «...Здесь нового о чем бы вам, милостивый государь донесть ничего нет, окроме, как только, что фрегат «Святы Георгий» по взятии в себя подлежащего груза 30 сентября от Кинбурна отправился в Севастопольскую гавань, а корабль «Мария Магдалина», хотя и к отправлению к Кинбурну совсем готов, но ветры крепкие... итить препятствуют.. .» (52)

Але незабаром і «Марія Магдалина» благополучно пішла в Севастополь.

У листопаді 1785 р., після створення Чорноморського адміралтейського правління, Я.П.Сухотін був відкликаний і виїхав з Херсона в Санкт-Петербург.

Рішення про створення Чорноморського адміралтейства було ним і моряками, що служили разом з ним, сприйнято негативно. У листі від 21 вересня 1785 р. графові Чернишову Сухотін писав: «Чистосердечно, Ваше сиятельство, признаюсь, сие ... отделение от адмиралтейств-коллегии здешнего места собственно для меня, да и для всех служащих во флоте весьма сожалительно...». 15 листопада Сухотін доповідав, що передав «старшому члену флота капитану I рангу Мордвинову, - тобто начальникові адміралтейства, - ...все команды, находящиеся в Херсоне, канцелярских служителей, мастеровых и рабочих людей, денежную казну, припасы, материалы, леса, провиант, провизию и мундирные материалы, которое все состояло в ведомстве здешней конторы над портом. А затем, по сходству того же повеления имею отсюда отбыть в Санкт-Петербург к настоящей команде...» (53).

Чорноморське адміралтейське правління було урочисто відкрите 3 січня 1786 р. в м. Миколаєві, Я.П.Сухотін із жалем залишав Херсон, у якому за майже три роки довелося йому керувати спуском трьох лінійних кораблів - «Слава Катерини», «Святий Павло», «Марія Магдалина», фрегатів, суден веслувальної флотилії, працювати пліч-о-пліч з чудовими моряками - капітанами Ушаковым, Войновичем, Пустошкіним, Язиковим, талановитими будівельниками кораблів, матросами, усіма тими, хто був піонерами молодого Чорноморського флоту.

Після Херсона Я.П.Сухотін служив на Балтиці, а під час російсько-шведської війни (1788-1791) командував авангардом російського флоту об'єднаної ескадри віце-адмірала Олександра Івановича Круза. Сухотін був давній близький друг улюбленця флоту - Круза, разом вони брали участь у російсько-турецьких війнах, плавали по Середземному морю і російській Півночі.

У травні 1790 р. ескадри Круза й адмірала Чичагова, відбивши напад шведського флоту на Ревель (Таллін) і Червону Гірку (Південне узбережжя Фінської затоки), блокували шведів у Виборзькій бухті. У бою біля Червоної Гірки командирові авангарду ескадри віце-адміралові Сухотіну відірвало ногу, незабаром Яків Пилипович помер від отриманої рани. За хоробрість, мужність, розпорядливість він був нагороджений золотою шпагою з діамантами.

Нащадки Сухотіна продовжили морські традиції, у його роді були командири фрегатів, адмірали, чиновники вищих рангів - губернатори, предводителі дворянства, депутати державної Думи.

Ім'я Сухотіна в Херсоні залишилося в тіні, ніде не увічнено, а тим часом, ця чудова людина, талановитий моряк, кораблебудівник заслуговує того, щоб про нього знали в місті, де він жив, працював, будував фрегати.

Листи публікуються у витягах, укладач намагався зберегти стиль і орфографію оригіналу.

 

ДЖЕРЕЛА

1. ДАХО, ф. 324, on. 1, спр. 5, арк. 5

2. Корабель згодом будувався як 66-гарматний

3. ДАХО, ф. 324, on. 1, спр. 1, арк. 83

4. Там само, спр. 4, арк. 1

5. Там само, спр. 5, арк. 1

6. Леец Г. Абрам Петрович Ганнибал. - Таллін, 1980. -С. 171

7. ДАХО, ф. 324, on. 1, спр. 5, арк. 2

8. ДАХО, ф. 324, on. 1, спр. 5, арк. 2

9. Там само

10. Материалы истории русского флота. - Ч. XV. -СПб, 1895.- С.-1

11. Там само, С. 3

12. ДАХО, ф. 324, on. 1, спр. 1, арк. 27

13. Там само, арк. 120

14. Там само, спр. 13, арк. 1

15. Там само, арк. 8, 9

16 Там само, арк. 7

17. Там само, арк. 141

18. Там само, спр. 1, арк. 149

19. Материалы истории русского флота... - С. 18, 19

20. ДАХО, ф. 324, on. 1, спр. 1, арк. 157

21. Там само, спр. 14, арк. 28-36

22. Там само, спр. 51, арк. 101 зв.

23. Материалы истории русского флота... - С.24

24. ДАХО, ф. 324, on. 1, спр. 14, арк.3-5

25. Там само, арк. 10,11

26. Там само, арк. 17,18,19

27. Там само, спр. 40, арк. 46-48 зв.

28. Там само, спр. 14, арк. 14, 42, 43

29. Там само, арк.28-36. Рапорт Ф.Ф.Ушакова, план табору його команди, подяки командування капітанові Ушакову

30. Там само, арк.36,37

31. Там само, арк.39, 60-61 зв.

32. Потьомкін приїхав у Херсон 15 травня 1784 р.

33. Листи йшли майже місяць, цього листа отримано у С.Петербурзі 12 червня 1784 р.

34. ДАХО, ф. 324, on. 1, спр. 14, арк.67-68

35. Там само, арк. 69-71 .

36. Бар - глибоке місце

37. Йдеться про наказ Г.О.Потьомкіна, який, повертаючись з Криму, пробув два дні в Херсоні

38. ДАХО, ф. 324, on. 1, спр. 14, арк.74-75

39. Там само, арк. 79,80

40. Там само, арк. 81-82

41 .Єлисаветград - нині м. Кіровоград

42. ДАХО, ф. 324, on. 1, спр. 14, арк.77-78

43. Там само, арк. 87, 88

44. Там само, арк. 92

45. Там само, арк. 97-99

46. Там само, арк. 104

47. Там само, арк. 132-133

48. Там само, арк. 133-134

49. Там само, арк. 141-142

50. Там само, арк. 145-146

51 .Там само

52. Там само, арк. 149-150

53. Материалы истории русского флота... - С. 31




 

Біля витоків Чорноморського флоту Сербські переселенці Херсонської губернії Нікшичі на шляху до російського дворянства