Праздничные хлопоты херсонского полицмейстера




Канун последнего воскресенья перед Пасхой, так называемое Вербное воскресенье, в Херсоне начала ХХ века обычно начинался с помещённого в местной прессе обязательного постановления херсонского полицмейстера. Согласно этому документу, запрещалось проведение различных городских увеселительных мероприятий в течение недели, предшествующей Святой Пасхе. Особое внимание полицмейстер уделял поддержанию порядка и соблюдению благопристойности во время подготовки и проведения церковных служений: «В день освящения Святой вербы многими принят кощунственный обычай, клонящийся к нарушению должного уважения к христианской вере, - "стегание вербой" с приговором: "Не я бью, верба бьет". Предлагаю всем чинам полиции иметь строгое наблюдение за недопущением подобного кощунства, задерживая виновных для привлечения к ответственности». Понятно, что «озорничала» вербовыми лозинами, в основном, молодежь. Хотя и более старшие поколения херсонских жителей наделяли освященную вербу некоей магической силой, по традиции считая стегание вербой процедурой, укрепляющей здоровье. Многовековая история христианства на Руси так и не смогла до конца искоренить отголоски язычества далеких предков, которые прочно укрепились в русском быту под вполне безобидным наименованием «традиции». Рьяные полицейские строго пресекали подобные проявления неуважения к христианской морали, для острастки пополняя «холодную» - камеру при полицейской части - «вербными нарушителями».

Следующее постановление херсонского полицмейстера касалось непосредственно городских полицейских чинов: «Предлагаю, чтобы нижние чины полицейских частей теперь же, не позже четвертой недели Великого поста, исполнили христианский долг, говея в ближайших к участкам храмах. Господа чиновники должны говеть одновременно с нижними чинами. Говеющих, по мере возможности, на службу не назначать. Отговевшим чинам представить засвидетельствованный притчем церкви список говевших».

С появлением в России в 1895 году первых иллюстрированных открытых писем, больше известных современному человеку как открытки, забот у полицмейстера в преддверии праздника значительно прибавилось. Дело в том, что зачастую содержание этих писем было оскорбительного и безнравственного характера, иногда даже с неприличными рисунками. Так, в начале ХХ века появились пасхальные открытки непристойного сюжета, несоответствующего идее праздника Пасхи, изданные за границей и очень скоро наводнившие Российскую империю. Министерство внутренних дел признало необходимым ввести контроль над содержанием открытых писем, возложив контроль за соблюдением норм морали на городских полицмейстеров.

В сущности, по тем временам городской полицмейстер был истинным хозяином города, так как без него не обходилось ни одно более или менее важное мероприятие. Даже сбор средств и устройство пасхального разговения для беднейших слоев городского населения находились под его непосредственным надзором.

Заканчивалось Святое воскресенье, вслед за ним наступала «поминальная неделя», не убавляющая хлопот полицмейстеру. Обязательное постановление этой недели гласило о закрытии всех винных лавок в «поминальное воскресенье» до двух часов пополудни. Воскресные посетители городских кладбищ находились под непосредственным надзором усиленных нарядов полиции, которые не допускали на кладбища пьяных или пытавшихся пронести спиртное, бесцеремонно обыскивая таковых прямо у входа. Возможно, это была крайняя мера, зато поминовение и церковные службы на кладбищах проходили чинно и благопристойно, не были омрачены пьяными выходками и драками среди могил, так хорошо известными нам. И в этом, конечно же, была большая заслуга городского полицмейстера.

 




 

Публикации Захарова Александра за 2006-2008 Захаров Александр 2009-2010