«Виноградную косточку в землю зарою...»




Мы уже упоминали о том, что на Херсонщине виноградная лоза основательно прижилась немногим более 120 лет назад. А начало сему было положено переселенцами – швейцарскими французами, основавшими на берегу Днепра вблизи Каховки селение Основа. Впрочем, прежде чем на Херсонщине была посажена первая виноградная лоза, виноградарство в Северном Причерноморье уже имело свою давнюю историю

В 1774 году изрядно потрепанная в последних войнах Османская империя была вынуждена подписать Кючук-Кайнарджийский мирный договор. Согласно ему, земли Северного Причерноморья становились частью Российской империи. В 1812 году к числу присоединенных к российской территории земель добавилась Бессарабия – благодатный край, где еще в давние времена жившие здесь народы – греки, а позднее турки – уже взращивали виноградную лозу.

Спустя 12 лет, накануне заката правления императора Александра І, бывший наставник его юношеских лет месье Фредерик Де Ла Гарп «испросил у самодержца высочайшего разрешения» на основание в этих местах швейцарской переселенческой колонии. Благодаря стараниям Де Ла Гарпа в 1822 году в Бессарабии появились первые «ходоки», которых «общество» отправило на разведку. А уже в 1824 году из швейцарского кантона Во сюда прибыли пять переселенческих семей.

Бывший наставник императора постарался максимально облегчить землякам тяготы, связанные с переселением. Так, благодаря его стараниям, помимо свободы вероисповедания, за колонистами сохранялись десятилетние привилегии, как-то: освобождение от всех налогов и существенное сокращение их после истечения 10-летнего срока, освобождение от военной и гражданской службы, льготный возврат субсидий в государственную казну. Колонистам разрешали заниматься коммерцией и входить в купеческое сословие, продавать выращенную продукцию в любой части империи. Вместе с тем, если кто-либо из колонистов пожелает покинуть страну, препятствий этому «чинимо не будет». Он свободен сделать это, когда посчитает нужным, при условии погашения своих долгов и оплаты налога за три года.

Интересно, что прибывшие из Швейцарии переселенцы принимали присягу верности Российскому Императору и давали слово прилагать все имеющиеся силы для развития и процветания колонии. В числе территорий, отведенных правительством для переселенцев, им отошли и заброшенные после присоединения этих земель к России турецкие виноградники вблизи Аккермана (ныне Белгород-Днестровский Одесской области). Неухоженные и одичавшие за более чем 10-летний срок виноградники представляли к моменту переселения швейцарских виноградарей (в основном это были французы) весьма печальное зрелище.

Как бы там ни было, а именно они и помогли выжить людям в первые годы. Переселенцы привезли с собой в Бессарабию тщательно оберегавшийся на нелегком и неблизком пути посадочный материал, который в дальнейшем послужил основой развития интенсивного виноградарства на южных землях России. Местность, где поселились швейцарцы, прежде носила название Ашабак или Шабага, что с турецкого переводилось как «сад в низине». Немного позже, когда здесь появилось швейцарское селение, Шабага, трансформировавшаяся в Шабо, стала его названием. В 1827 году в Шабо жили уже 25 швейцарских семейств общей сложностью в более чем семь десятков человек.

Благодаря сохранившимся архивным документам и историческим справкам мы можем предположить, что не всё так гладко складывалось на новой для переселенцев земле. Неурожаи и холодные морозные зимы, уничтожавшие непривычную к местным условиям лозу, частенько ставили предприятие на грань краха. К тому же местное население, враждебно воспринявшее чужаков, объявило им непримиримую войну. Приходилось защищаться и от пришлых армян, пытавшихся захватить дарованные переселенцам виноградники. Впрочем, несмотря ни на что, из Швейцарии продолжали прибывать новые переселенцы, и положение иностранцев в Бессарабии укреплялось.

В 1829 году в числе прочих семейств в Шабо приехали многочисленные семьи Луи Гехлера и Жана Жатона. Их приезд совпал с эпидемией чумы, бушевавшей в то время в Бессарабии. Огромные потери понесла и колония Шабо. К моменту приезда сюда Гехлеров и Жатонов живыми из мужчин в колонии оставались всего лишь трое… «Половина колонии состояла из вдовых и сирот, остальные были их опекунами», – писал 
в «Исторической записке об основании швейцарской колонии Шабо» один из потомков швейцарских переселенцев Луи Гандер.

Последующие после эпидемии годы были самыми тяжкими. Эми-грация из Швейцарии полностью прекратилась. Напуганные трудностями и многочисленными смертями швейцарцы отказывались ехать в Россию. Рабочих рук не хватало. Переселенцам приходилось рассчитывать только на свои немногочисленные силы. Не внушали оптимизма и ежегодно повторяющиеся неурожаи. Медленно, очень медленно возрождалась к жизни швейцарская колония.

Лишь ко второй половине XIX века трудолюбивые виноградари смогли справиться со своими насущными проблемами, а акклиматизированные к условиям Северного Причерноморья сорта винограда стали давать приличные урожаи. К этому времени большинство участков земли, пригодной для устройства виноградников, было обработано, и колонистам становилось тесно в границах колонии.

Примерно в 1889 году потомки Гехлеров и Жатонов вынуждены были отправиться на поиски новых подходящих для виноградников земель. Длительные поиски привели их в Днепровский уезд Херсонщины, где, как оказалось, имелось множество неосвоенной земли, принадлежавшей разным владельцам. Очень скоро все необходимые формальности были соблюдены, и предприниматели-виноградари, оставив колонию Шабо, переехали в места, где спустя 60 лет появится город Новая Каховка. Внук швейцарского переселенца Жана Жатона, Цезарь стал основателем первого села виноградарей на живописном берегу Днепра, которое получило название Основа. Вслед за Основой здесь образовался целый ряд дочерних сёл-колоний: Ключевое, Луговое, Новое Шабо, Новые Судаки, Веселое. Земли, освоенные колонистами, оказались поистине благодатными, а виноградники, посаженные на них, по своим качествам ничем не уступали лучшим сортам винодельческих провинций Франции.

Уже к началу ХХ века новые виноградарские колонии на Днепре достигли небывалого расцвета. Именно благодаря успехам виноградарей-переселенцев с каждым годом всё большее количество местных садоводов стало обращаться к виноградной культуре. К началу ХХ века виноград становится на Херсонщине вполне привычной сельскохозяйственной культурой. Немалую роль в этом сыграл личный пример и самоотверженность виноградарей-энтузиастов.

Особо нужно отметить деятельность князя Петра Николаевича Трубецкого, одно из имений которого находилось в селе Казацком, а земли граничили с виноградарскими колониями швейцарцев. Помимо выращивания винограда и производства высококачественных вин, ежегодно 
с целью популяризации князь бесплатно раздавал окрестному населению до 40–50 тысяч чубуков винограда.

Не отставали от него другие крупные землевладельцы-помещики, всерьез занимавшиеся виноградом: Эдуард Фальц-Фейн, князь Лев Голицын и другие. Только к началу ХХ века они ежегодно бесплатно раздавали населению более полумиллиона чубуков винограда. По тем временам это была достаточно внушительная цифра, тем более там, где еще десяток лет назад виноград был экзотической ягодой.

Местная херсонская периодика в лице газеты «ЮГъ» также не оставалась в стороне от популяризации виноградной лозы. Очень часто в газете можно было найти советы специалиста по уходу за виноградом, методы борьбы и профилактики заболеваний виноградной лозы. Словом, к началу советской эпохи виноградники Херсонщины были уже успешной и надежной отраслью местной экономики.

Революционный 1917 год принес с собой новые горести, трагедии и непреодолимые проблемы. В годы Гражданской войны виноградные плантации под Каховкой стали полями битв меж непримиримыми классовыми врагами. Виноградарству Херсонщины был нанесен серьезный ущерб. Только лишь с установлением советской власти у поселян появилась возможность возвратиться к прерванному войной труду. И вновь, в который уже раз трудолюбивым виноградарям пришлось начинать практически с нуля. Тем не менее спустя короткое время восстановленные виноградники начали давать обильные урожаи, радуя аграриев. Впрочем, впереди уже маячила сталинская коллективизация и новые испытания.

В Госархиве Херсонской области хранятся материалы о последних горьких страницах существования швейцарских колоний на Херсонщине. В 1929 году национализированные виноградники были объединены в совхоз «Перемога наймитів». А спустя лишь год из виноградарей-швейцарцев сделали кулаков и, обвинив их во всех смертных грехах против советской власти, подвергли жестоким репрессиям. В список подлежащих физическому уничтожению попал и основатель виноградарства и виноделия на Херсонщине Цезарь Иванович Жатон…

Ныне Дом марочных коньяков «Таврия», уходящий своими корнями к истокам виноградарства и виноделия на Херсонщине, в память об основателе производства выпускает коньяк «Jatone» (Жатон).




 

Публикации Захарова Александра за 2013-2014 год Коршун Владимир