Аттракцион для херсонцев – полет на аэроплане




Почему-то когда говорят о первых авиаторах, познакомивших херсонских обывателей с чудом воздухоплавания, в первую очередь упоминают Сергея Уточкина. Он совершил несколько полетов на площади возле губернской тюрьмы в 1912 году. Скорее всего, происходит это оттого, что уже знаменитый к тому времени спортсмен-одессит Уточкин был личностью хорошо известной и в Херсоне. А может, потому, что до сего дня публикации о полете одесского авиатора в Херсоне передают запомнившуюся публике некую «пикантную» подробность. Поговаривали, что якобы Уточкин, катавший пассажиров, взяв в очередной полет некую прекрасную даму-херсонку, исчез на добрых три четверти часа… Впрочем, это всего лишь легенда позднего времени. Случись подобное на глазах у всего города, добрая репутация дамы, без всякого сомнения, серьезно пострадала бы.

В марте 1912 года авиатор совершал полеты с пассажирами как «приз» в рамках устраиваемой баронессой Гревениц лотереи-аллегри в помощь пострадавшим от неурожая. Были разыграны два «воздушных» лота, один из которых достался администратору городского театра г-ну Жигалову. Кроме того, на «платные» полеты в качестве пассажиров записались г-н Волохин, артист Измайлов, атлет Рафаэль и дама, пожелавшая остаться неизвестной (как видим, дама всё же была). Мартовские ветры помешали запланированному полету, который состоялся лишь спустя несколько дней. Очевидцы рассказывают, что посмотреть на небывалое зрелище собрались две трети горожан. В первый пробный полет, длившийся всего лишь несколько минут, авиатор отправился один. Затем, взлетев с «платным» пассажиром Волохиным, Уточкин сделал широкий круг над площадью и приземлился под громкие крики и рукоплескания собравшихся. По не совсем ясным причинам другие «платники» и даже выигравший полет Жигалов в воздух не поднялись. Тогда аппарат Уточкина вновь взмыл вверх и вскоре исчез из виду. Возвратился он спустя 10 минут, причем в кабине в качестве пассажира находился студент Клименко, которого Сергей Исаевич подобрал рядом на площади у новых амбаров хлебного рынка. На этом полеты были завершены. Воздушное действо продолжалось всего лишь… полчаса.

Немного позже, на Пасхальной неделе, из Николаева в Херсон и обратно совершил перелет известный российский авиатор Васильев. Полет был сугубо индивидуальным, целенаправленным, и пассажиров в Херсоне авиатор не «катал».

Если же говорить о первом авиаторе, посетившем Херсон, и первом херсонском авиапассажире, то здесь нужно признать «пионера» российской авиации пилота Николая Дмитриевича Костина, познакомившего херсонцев с авиацией в ноябре 1910 года. И секретаря губернского правления г-на Рюмина, ставшего первым в истории Херсона пассажиром летательного аппарата. Первые полеты в Херсоне происходили на пустынной окраине города возле «Сухарнинской» церкви. Несмотря на сильный ветер, авиатор Костин успешно совершил свой первый в Херсоне полет. Во время второго, с пассажиром Рюминым, сильный порыв ветра помешал завершить маневр посадки, вследствие чего аппарат на скорости врезался в землю и перевернулся. К счастью, в отличие от аэроплана, «пионеры» херсонской авиации отделались лишь незначительными царапинами и психологической травмой.

До поры все посещавшие Херсон авиаторы были сугубо гражданскими лицами и цели они преследовали только мирные – популяризация авиации. Первым военным летчиком, посетившим Херсон, стал штабс-капитан 51-го Литовского Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича полка Дмитрий Георгиевич Андреади. В июне 1912 года боевой аэроплан последней конструкции Ньюпор – 4, заложив крутой вираж на высоте всего 30 метров над Херсоном, приземлился на площади у губернской тюрьмы. Там за несколько месяцев до того демонстрировал искусство пилотажа Сергей Уточкин. После приземления авиатора у самолета собралась многочисленная публика, которая устроила военному пилоту громкую овацию. Еще бы! Ведь летчик-офицер, курсант военно-авиационной школы в Севастополе, был уже широко известен херсонским обывателям. Имя его не раз упоминалось в местной прессе. И вот, наконец, сам Андреади, совершавший рекордно длительный перелет по маршруту: Севастополь–Каланчак–Каховка–Херсон–Николаев–Одесса–Ялта–Севастополь (830 километров) оказался в Херсоне!

Полет авиатора и механика, вылетевших из Севастополя на Ньюпоре 2 июля, проходил в достаточно неблагоприятных условиях дождливой погоды. Между Каланчаком и Каховкой аэроплан попал в серьезный шторм, пришлось непредвиденно остановиться на сутки в Каховке. Не всё гладко было и на маршруте Каховка–Херсон. Вследствие «противного» ветра довелось садиться в селе Тягинка и ждать благоприятных изменений. К счастью, к вечеру ветер утих, и появилась возможность продолжить прерванный полет. Лишь в 8 часов вечера воздушные путешественники достигли Херсона.

В числе встречавшей пилота публики оказался и исполняющий обязанности губернатора вице-губернатор Александр Николаевич Крейтон. Он радушно пригласил авиатора Андреади и его помощника-механика, рядового Дорогого, в свои апартаменты на отдых. Выставленный у аэроплана полицейский пост в тот день долго еще отгонял желающих потрогать руками боевой летательный аппарат.

После ужина, данного в честь пилотов, до позднего вечера искали по всему Херсону бензин «легкого удельного веса», который можно было бы без опаски использовать для дальнейшего полета аэроплана. Но… К превеликой досаде вице-губернатора, подходящего топлива в городе не нашлось... Опасаясь, что в Николаеве пилота могла ожидать подобная ситуация, отправили срочную телеграмму в Одессу, чтобы бензин нужного качества был доставлен нарочным в город к моменту прилета туда Андреади.

Здесь же, в Херсоне, штабс-капитан решил несколько изменить свой маршрут, о чем им было сообщено по телеграфу в Севастополь. Вместо запланированного полета Одесса–Ялта–Севастополь, авиатор собрался следовать по маршруту Одесса–Харьков–Севастополь, что увеличивало его протяженность в общей сложности почти до 2000 километров. Разрешение было получено, и уже на рассвете нового дня, после краткого отдыха в квартире херсонского вице-губернатора, авиаторы были возле летательного аппарата, готовя его к перелету в Николаев.

Причем за отсутствием в Херсоне бензина лететь решили на его скромных остатках, имевшихся в баке. Конечно, в этом был определенный риск, однако терять несколько дней на доставку топлива из Одессы, авиатор не мог – терялся смысл уникального перелета. Интересно, что несмотря на столь раннее утро, вместе с чинами полиции и лично с помощником полицмейстера И. Г. Шесточенко, охранявшими аппарат от всяческих посягательств на его целостность, здесь же, на площади, находилась и группа местных обывателей, боявшихся пропустить отлет авиаторов и просидевших у аэроплана всю ночь.

Ровно в 4 часа утра, после теплых прощаний и напутствий со стороны херсонцев, пилоты заняли места в аппарате. Застрекотал мотор, и уже спустя минуту аэроплан взмыл в воздух по направлению к соседнему Николаеву.

Спустя 2–3 часа вице-губернатор Херсона получил телеграмму от Андреади о благополучном приземлении в Николаеве. Впрочем, как впоследствии оказалось, до Николаева пилоты всё же недотянули – кончился бензин. Пришлось садиться в Варваровке. Только поздно вечером из Одессы на автомобиле было доставлено топливо, а в 4:15 следующего утра Ньюпор Андреади взял курс на Одессу, куда прибыл примерно через час.

Спустя неделю в местной прессе появилось сообщение, что высоко над Херсоном в лучах заходящего солнца был виден неизвестный аэроплан, летящий по направлению Крыма. Возможно, это штабс-капитан Андреади завершал свой многодневный перелет.

Интересно, что в то время у обывателя имелась вполне реальная возможность стать владельцем аэроплана. Конечно, нужны были определенные, причем немалые средства. И всё же, имея деньги, можно было без волокиты и проблем заказать во Франции мотор и составные части будущего самолета и собрать его самому или с помощью специалистов. Как, скажем, собрал свой биплан Сергей Уточкин, попавший в кабалу заимодавца, ссудившего его деньгами на покупку запчастей.

Из херсонской прессы того периода известен факт о неком местном «авиаторе», купившем аэроплан, но не имевшем представления о его дальнейшем использовании. Владелец через газету искал подходящего компаньона, умевшего управлять самолетом.

Среди первых местных изобретателей воздушных аппаратов, можно вспомнить студента Санкт-Петербургского университета Александра Фальц-Фейна, который, согласно утверждениям херсонских газет, «построил оригинальный биплан, отличающийся многими качествами». Испытания аппарата были проведены авиатором Волком, перелетевшим из Доребурга (так до 1936 года называлось село Чкалово Новотроицкого района) в Асканию-Нова и подтвердившим надежность летающей конструкции Фальц-Фейна.

Первые удачные опыты воздухоплавания открыли перед земляками огромную перспективу будущего развития авиации. Теперь уже, пожалуй, мало кто сомневался, что в недалеком будущем аэроплан станет самой обыденной вещью в домашнем хозяйстве...




 

Публикации Захарова Александра за 2013-2014 год Коршун Владимир