Он был нашим «Товарищем»




О белоснежном красавце-барке, некогда являвшемся одной из особенных достопримечательностей Херсона, в последнее время сказано и написано немало. Обычно все истории о нем начинаются с мая 1933 года, когда со стапелей верфи «Блом унд Фосс» в Гамбурге сошел барк «Горх Фок», названый в честь известного немецкого писателя-мариниста Ганса Кинау, творившего под таким псевдонимом. Ну а заканчиваются они, как правило, патриотическими сетованиями о том, как «мы» не сберегли это уникальное судно и навсегда потеряли его для Украины. Но, оказывается, в истории «нашего» парусника не всё так просто…

 

Товарищ

Барк в память о немецких моряках

Чтобы глубже понять суть вопроса, обратимся к специалисту, чья судьба долгих 10 лет была непосредственно связана с прославленным парусником. Знакомьтесь: Валентин Синько, некогда 1-й помощник капитана «Товарища», а ныне проректор Херсонского государственного морского института. Валентин Андреевич давно и серьезно занимается историей судовождения. А еще он скрупулезно собирает и систематизирует материалы, касающиеся барка «Горх-Фок»–«Товарищ».

- Предыстория нашего парусника такова. После окончания Первой мировой войны и подписания Версальского мирного договора Германия была вынуждена значительно сократить свои военно-морские силы. Однако, мысля о будущем реванше, она в дальнейшем не отказалась от подготовки опытных морских офицеров. С этой целью один из захваченных во время войны норвежских парусников был переоборудован в учебное судно немецкого ВМФ. В начале 1923 года под именем «Niobe» барк стал учебной базой для курсантов. Правда, его судьба оказалась короткой и страшной. 26 июля 1932 года на судно, совершавшее обычный учебный рейс по Балтийскому морю, обрушился внезапный шквал. Открытые по причине душного дня иллюминаторы сыграли роковую роль. Получившее серьезный крен судно, на котором не успели убрать паруса, зачерпнуло большое количество воды и перевернулось. Погибли 65 курсантов и 4 члена экипажа. Вскоре был учрежден фонд «Памяти “Niobe”», куда стали поступать пожертвования практически от всех социальных слоев населения. Несмотря на тяжелый экономический кризис, который в тот момент испытывала Германия, за очень короткий срок фонд собрал почти 200 тысяч рейхсмарок. Эта сумма с лихвой покрывала все расходы на постройку нового судна. В том же году был объявлен конкурс на проект учебного парусника. Фирмой-победительницей оказалась верфь «Блом унд Фосс» из Гамбурга. Получив заказ на постройку нового судна и приступив к работам, компания установила своеобразный рекорд. С момента закладки и до спуска барка на воду прошло всего 100 дней. Сошедший со стапелей в мае 1933 года парусник получил название «Горх Фок» и по сути стал своеобразным памятником погибшим немецким морякам.

 

Первый парусник погиб на войне

Советская Россия, едва оправившись после Гражданской войны, принялась за восстановление разрушенной инфраструктуры. Одной из первоочередных задач стало возрождение торгового и военно-морского флота. Уже на первых порах возникла острая необходимость в учебной базе для подготовки моряков-профессионалов. В 1923 году было решено использовать в качестве учебного парусного барка грузовое судно «Лауристон», доставшееся «в наследство» от самодержавной России. В 1924-м после серьезного ремонта с новым именем «Товарищ» под командованием легендарного капитана Дмитрия Лухманова парусник вступил в строй.

Один из первых рейсов первого советского учебного судна едва не оказался последним. В 1925 году, возвращаясь из Швеции, барк попал в шторм. Он потерял почти всё парусное вооружение и получил серьезные повреждения корпуса. Но уже на следующий год восстановленный «Товарищ» отправился в длительное путешествие к берегам Южной Америки. Посетил Уругвай, Бразилию, Аргентину. В августе 1927 года, пройдя за рейс 19733 мили, «Товарищ» с грузом ценных пород дерева квебрачо (железное дерево) возвратился в Ленинград.

Следующим значительным событием для первого «Товарища» стал его перевод на Черное море в 1928 году, где он оставался учебным парусником вплоть до начала Великой Отечественной. С началом войны барк принимал участие в вывозе грузов и оборудования, эвакуируемых из Одессы и Николаева. Но уже в октябре 1941 года в мариупольском порту судно захватили фашисты. Некоторое время гитлеровцы использовали парусник для перевозки военных грузов, но после неудачной попытки торпедирования барка советской подводной лодкой решили не рисковать судном. «Товарищ», вошедший в состав гитлеровского «кригсмарине» (ВМФ), стал своеобразной плавучей казармой в мариупольском порту. Сохранилось немало фотографий «Товарища» с позировавшими на его борту гитлеровцами. При отступлении фашисты использовали парусник в качестве преграды, взорвав его перед входом в порт.

После окончания войны были предприняты попытки подъема и восстановления парусника. Но повреждения оказались слишком велики, и в 1950-е годы стальной корпус судна порезали на металл. Уцелевшие реи «Товарища» использовали вместо столбов при восстановлении линии электропередач в Мариуполе. В 1954 году курсанты Ждановской морской школы (Жданов – название города Мариуполь с 1948 по 1989 годы) разыскали на дне и подняли оба якоря «Товарища». В 1955-м один из них, в память о первом советском учебном паруснике, занял почетное место на постаменте вблизи порта.

 

К началу 1990-х стал дряхлым…

История второго «Товарища» коренным херсонцам хорошо известна. Барк «Горх Фок», принадлежавший немецким военно-морским силам, за 9 дней до подписания акта о капитуляции фашистской Германии был взорван и затоплен в проливе Штральзунд. Спустя 5 лет его подняли, отремонтировали, и он, получив имя «Товарищ», вошел в число судов СССР.  В 1950 году, совершив переход из Балтики в Черное море, судно стало учебной базой Одесского высшего мореходного училища.

Парусник "Товарищ"- Только благодаря ходатайству бывшего секретаря обкома партии Херсона Григория Гришко, настоявшего на передаче парусника старейшему на юге страны морскому учебному заведению, местом постоянной приписки «Товарища» в 1951 году стал Херсон, – рассказывает Валентин Синько. – Поначалу парусник за пределы СССР не выпускали – боялись провокаций. Первый свой серьезный «заграничный» рейс «Товарищ» совершил в 1957 году. Экипаж, состоявший из 42 человек кадровой команды и 125 курсантов, осуществил длительный переход вокруг Африки. В сущности, любое подобное учебное судно, не зарабатывающее средств на перевозке грузов, для государства достаточно убыточно. Так, рейс «Товарища» ежемесячно обходился Советскому Союзу в порядка 100 тысяч $. Это вода, топливо, питание экипажа, заход и выход из порта, лоцманские сборы, зарплата штатному экипажу, которая, впрочем, всегда была достаточно скромной. И если в других странах учебные парусные суда принадлежат финансово независимым военно-морским силам, то советское учебное судно согласовывало свою работу с планами Министерства иностранных дел по команде из Москвы. Средства на ремонтные работы и прочие расходы выделяло Министерство финансов СССР. Ну а, как известно, кто платит, тот и заказывает музыку. Поэтому барк «Товарищ» наряду с учебными программами параллельно использовали и в дипломатических целях. К примеру, для встречи наших дипломатов с членами правительств иностранных государств в неофициальной обстановке на «нашей» территории, где гарантированно не было «лишних ушей». Тем не менее «Товарищ» всегда был единым целым с херсонским училищем, а жизнь его, овеянная морской романтикой и многочисленными победами в международных регатах, представляла собой неотъемлемую часть нашего города. Без преувеличения, почти весь Херсон собирался на набережной проспекта Ушакова, когда белоснежный красавец возвращался домой. Вот только мало кто видел за его внешней красотой и образцовым порядком, как парусник всё больше старел год от года. Теперь ему мало помогали легкие косметические ремонты на Одесском заводе имени 50-летия Советской Украины. Конечно, нельзя сказать, что серьезных ремонтов не было совсем. Перед регатой 1976 года в Швеции на «Товарище» полностью поменяли паруса и такелаж. Несколько раз в югославском городе Трогир делали поддерживающий ремонт. Во время одного из них обнаружили, что под деревянной тиковой палубой прогнил металл. Крепление заменили, палубу настелили орегонской сосной. Новая проблема – коррозия корпуса. Он клепаный, а специалистов-клепальщиков уже нет. Искали практически по всему миру – не нашли. Попытались заменить сваркой, опять проблема – при ее использовании начинают «слезиться» соседние клепки… Тем не менее «Товарищ» продолжал совершать учебные рейсы и принимать участие в международных регатах.

Один из трансатлантических рейсов был довольно продолжительным, около 6 месяцев: Одесса–Канарские острова–острова Зеленого мыса–Гвинея-Биссау–Буэнос-Айрес–Рио-де- Жанейро. Фактически мы повторили маршрут первого «Товарища» 1926 года. При переходе в Рио-де-Жанейро наш барк попал в жестокий шторм – памперос. Это было действительно испытание на прочность. И если на современных судах во время шторма звучит команда: «Задраить люки!», то на паруснике совершенно иная: «Аврал! Все наверх!». Пожалуй, только дилетанты интересуются у моряков, за сколько времени те ставят паруса. Во время внезапного шторма куда важнее, за сколько времени они их убирают. Судно без парусов шло со скоростью 15 узлов (около 30 км/час) с критическим креном в 450. Слабосильная корабельная машина оказалась бесполезной в подобной ситуации. Хорошо еще, что ветер дул с берега.

После шторма стало ясно, что барк становится далеко не безопасным, а рисковать жизнью курсантов, даже из-за престижа страны, – преступление. По возвращении в Херсон капитан Олег Ванденко доложил руководству училища, а потом и первому секретарю Херсонского обкома партии Андрею Гиренко о проблемах судна. К тому времени «Товарищу» уже исполнилось 60 лет – почтенный возраст для парусного судна. Партийный руководитель области высказал мысль о том, чтобы ввести парусник в имеющийся на городской набережной «карман», где установить его на «вечный прикол». Сам же «карман» залить бетоном. Нужно было принимать ответственное решение, так как с каждым днем проблемы «Товарища» усугублялись. Пришвартованный у стенки в районе элеватора барк дал течь, найти и устранить которую не удавалось. За сутки в трюм поступало до метра забортной воды. Это уж потом, на ремонте, в сухом доке обнаружили аккуратную дырку в днище – результат ежедневного замера уровня воды. Груз, опускаемый в одну и ту же точку в трюм для замера, за 60 лет пробил корпус судна! В принципе и удивляться было нечему. Металл, поддающийся коррозии, в некоторых местах был настолько тонок, что порой, сбивая ржавчину с бортов, пробивали его насквозь. К сожалению, определенного решения по судну так и не приняли. Единственной возможностью отсрочить его гибель был капитальный ремонт за границей. Однако в стране уже начался раздел имущества меж независимыми государствами...

 

"Товарищ" доставляют в порт Штральзунд

Судно отправили на ремонт без денег

Парусник, перешедший с распадом СССР под юрисдикцию Минобразования Украины, стал для него обузой: «Мы думали, это вы нам будете деньги зарабатывать! А вы на ремонт просите…» Правительство проблему «Товарища» игнорировало. Английская общественная организация «Нация против криминала» объявила о начале сбора средств для ремонта украинского парусника. Вскоре поступило приглашение на ремонт в Ньюкасле. Так как тянуть время не имело смысла, к тому же заканчивался срок действия судовых документов, было принято решение идти в Англию. Руководствовавшиеся этим решением лица еще надеялись на финансовую поддержку украинского правительства. В 1995 году «Товарищ» покинул Херсон…

Для ремонта судна было необходимо более $ 5 миллионов. Средств же, собранных английскими благотворителями, оказалось слишком мало. Чтобы сохранить парусник, немецкая организация «Друзья парусного флота» также приняла участие в сборе денег. Только Украина с ее извечными финансовыми проблемами оставалась не у дел. Наконец немецкая сторона предложила Украине на 3 года взять на себя дальнейшую заботу о «Товарище», с тем чтобы он принял участие в международной выставке «Экспо-2000», проходившей в Германии. Украина согласилась на все условия немцев. В 1999 году уже неспособный идти своим ходом барк на буксире доставили в Вильгельмсхафен, а наша держава получила отсрочку на изыскание необходимых для ремонта средств. Впрочем, даже спустя 3 года деньги для ремонта судна так и не нашли.

На следующем этапе Германия предложила Украине 23 миллиона евро и ремонт судна в Гамбурге на верфи «Блом унд Фосс» – той самой, которая 70 лет назад дала жизнь барку. По окончании ремонта «Товарищ» должен был находиться под совместным украинско-германским управлением. Причем кадровую команду судна предусматривали украинскую. В течение 10 лет на нем должны были проходить практику немецкие и украинские курсанты. По истечении же этого срока барк становился собственностью Германии. Пока запускали бюрократическую машину, которая была способна решить судьбу украинского «Товарища», на судне боролись за его живучесть. Уже 28 июля 2003 года в осушительном колодце машинного отделения появилась течь. Морякам оказалось не под силу справиться самим с проблемой. 29 июля пришвартованный к причальной стенке в Вильгельмсхафене «Товарищ» начал тонуть. На помощь подоспели пожарные машины. С огромным трудом удалось откачать воду и устранить течь. Бедственное положение барка ускорило решение его судьбы, и учебное парусное судно, бывшее на протяжении почти 40 лет гордостью Херсона, вновь стало немецким…

Осенью 2003 года на палубе специального судна для перевозки крупногабаритных грузов через Кильский канал барк был доставлен для ремонта в порт Штральзунд (на фото)...

P. S. Однажды во время посещения «Товарищем» Гамбурга в числе туристов на его борт поднялся пожилой человек. Это был один из бывших германских курсантов, проходивший практику на паруснике в 1930-е годы. Он побывал в кубрике и даже нашел «свою» койку. Говорят, что, уходя, он произнес: «Всё равно барк будет наш! Мы сделаем из него музей».




 

Публикации Захарова Александра за 2011-2012 год Публикации Захарова Александра за 2013-2014 год