Подвиг простой жительницы Забалки




Великая Отечественная война стала серьезным испытанием подобных качеств советских людей. Причем не только во время боевых действий, но и в глубоком тылу, и под тяжким гнетом фашистской оккупации. Достойных примеров можно назвать множество. О героях, пожертвовавших жизнью ради товарищей, сняты фильмы, написаны книги. Однако многие из тех, кто никогда не думал о героизме, а просто делал свое, крайне необходимое на тот момент дело, зачастую остаются неизвестными…

 

Укрывательство наказуемо

19 августа 1941 года немецкие войска вошли в Херсон. Потянулись долгие дни оккупации. Фашисты, установившие в городе свой порядок, жестоко карали все проявления неповиновения приказам новой власти. А распоряжений, команд и приказов гитлеровские власти издавали предостаточно. Одним из первых безжалостных предписаний стал приказ о запрещении укрывательства и оказания помощи гражданам еврейской национальности, а также советским воинам, оказавшимся на оккупированной врагом территории.

«Жители Херсона и его окрестностей, содействующие укрывательству, тем самым подвергают себя наивысшей каре…» – гласило распоряжение новой власти. Такие действия нарушителей влекли за собой смертную казнь. Показательные казни непокорных устраивали на площади перед бывшим Привозным базаром, куда для вящей «назидательности» сгоняли окрестных обитателей. Ну а потом фашистская газета «Голос Днепра» доводила итоги экзекуции до всех жителей города. Вот только запугать подобными мерами херсонцев всё же не удалось.

 

Две тайны Марии Леонтьевны

Еще в самом начале оккупации Херсона интендантская служба, ведавшая размещением в городе фашистского гарнизона, обратила внимание на чистенький и уютный домик Марии Леонтьевны Павловой, находившийся по улице Белорусской на Забалке. А вскоре сюда уже въехали офицеры-постояльцы со своей охраной и денщиками. Добротное, ухоженное трудолюбивыми руками хозяйки жилище фашистам явно пришлось по вкусу. Здесь, под охраной часовых, они чувствовали себя в полной безопасности и даже представить себе не могли, что рядом в доме обитает кто-то еще…

Это была сокровенная и опасная тайна Марии Леонтьевны, за которую хозяйка, бесспорно, могла лишиться жизни. На чердаке жилого дома, в котором устроились фашисты, за печной трубой было устроено крохотное убежище, в котором прятался юноша-еврей. Появился он в жилище Марии в сентябре 1941 года. К этому времени в городе уже вовсю хозяйничала новая власть, а в противотанковом рву возле пригородной Зеленовки были расстреляны около 12 тысяч херсонских евреев. Кем был этот юноша и как ему удалось избежать смертельной участи собратьев, Мария Леонтьевна не знала и звала его по-своему, по-простому – Сашок.

С появлением постояльцев-фашистов приходилось быть крайне осторожными и хозяйке, и ее гостю. Кашель, шорох, любое движение на чердаке могли привлечь внимание гитлеровцев и привести к неминуемой гибели. Однако каким-то чудом долгое время смертельной опасности удавалось избегать.

Впрочем, укрывательство юноши еврея было не единственной тайной Марии Павловой. Всего в 2–3 метрах от дома, на небольшом приусадебном огородике, находилась яма старого подвала, замаскированная сверху под грядку с овощами. В ее недрах, под весело зеленеющей огородной зеленью, прятались от немцев трое молодых херсонцев, выжидавших удобного момента, чтобы вырваться из города. Ребята знали о юноше, скрывавшемся на чердаке дома, однако, разделенные расстоянием всего лишь в десяток метров и смертельной опасностью, друг с другом не общались.

Удивительно, как удавалось Марии Леонтьевне, балансировавшей на острие ножа, хранить две свои тайны, каждая из которых могла стоить ей жизни.

Наконец, после многомесячного сидения под землей «узники» подвала смогли покинуть яму. Появилась возможность перебраться в село Шмидтово под Николаевом, где у одного из юношей в тот момент находилась семья. Сашку же идти было некуда, и он остался в своем убежище на чердаке. Почти 2 долгих года провел он в нем, как в небытие. Потеряв ощущение реальности жизни и времени, сквозь щели в крыше следя за сменой дня и ночи, засыпая тревожным, некрепким сном, боясь и во сне громко вздохнуть или закашляться.

 

Прощальное письмо

И всё же в начале августа 1943 года каким-то образом фашисты выявили тайник на чердаке дома Марии Павловой. Бледного, заросшего длинными космами, почти разучившегося ходить Сашка сволокли вниз, избивая прикладами. Нещадно досталось и хозяйке. Окровавленного юношу увезли на расправу, а Марию Леонтьевну оставили в доме – под надзором часового дожидаться своей дальнейшей участи.

В томительные часы долгого ожидания Мария сумела написать своим близким прощальное письмо: «1943. 3 августа. Здравствуйте, все мои дорогие родственники, братья, сестры, невестки и детки. Простите все меня, в чем я вас оскорбила или обидела. Простите мне в последний раз. Мне, наверное, придется с вами расстаться навсегда. Не ругайте и не обвиняйте меня в этом… Я пострадаю за спасение человеческой жизни. Я знала, что это так не обойдется, но судьба мне подсказывала свое. Еще раз прошу, извините и до свидания… Ваша сестра Маруся. Сейчас 5 часов вечера, я еще дома, но жду, должны прийти меня забрать».

В тот же вечер за ней действительно пришли и под конвоем увезли в гестапо…

Последнее письмо Марии Леонтьевны Павловой проделало большой путь и удивительным образом попало к Александру Кабанову – одному из тех трех молодых ребят, которых она скрывала в яме на своем огороде в 1941 году. Этот бережно хранимый пожелтевший листочек – свидетель истинного подвига простой женщины-херсонки – стал бесценной семейной реликвией. Дети и внуки Александра Софроновича Кабанова знают эту историю со слов непосредственного ее участника. Ну а «Субботнему выпуску» ее рассказала его дочь – Анна Александровна Трушина.

P. S. Удивительно, однако несмотря на тяжкие обвинения в укрывательстве еврея, Марии Леонтьевне чудом удалось выжить. А спустя несколько месяцев, в марте 1944 года, Херсон был освобожден. После Победы Мария Леонтьевна Павлова дождалась возвращения с фронта своего брата и жила в заботах о многочисленных родственниках. Но даже ближайшие соседи не знали о ее самоотверженном подвиге в период Великой Отечественной войны. Марии Леонтьевны уже нет в живых. Похоронена она в Цюрупинске.




 

Публикации Захарова Александра за 2011-2012 год Публикации Захарова Александра за 2013-2014 год