Впервые «Раскинулось море широко» прозвучала в Херсоне




Сегодня этой известной и многими любимой песне почти сто лет. Из-за мелодийности и простоты слов многие слушатели до сих пор считают её народной, что стало высшей оценкой автору. По его признанию песня впервые прозвучала на «суше» в Херсоне. А дело было так

 

Херсон. 16 октября 1907 года. К только что выстроенному железнодорожному вокзалу прибыл первый поезд рейсом из Николаева. Здесь уже заранее собрались губернская военная, духовная и светская знать. После освящения поезда, здания вокзала и путей прозвучало много речей и выступлений о роли железной дороги в промышленном развитии губернского центра. И лишь в конце вспомнили о машинисте, приведшем поезд в Херсон. Вице-губернатор поздравил его с успешным рейсом и вместе со свитой заспешил к экипажам, поджидавшим их на привокзальной площади. Машинист уже ухватился за поручни, чтобы взобраться на паровоз, как его окликнул господин в черном фраке у стоящего рядом единственного на всю Херсонскую губернию автомобиля английской фирмы «Вонсхолл». Машинист – курчавый парень в промасленной морской тельняшке – с удивлением приблизился к невиданному экипажу, полностью игнорируя его владельца – Исаака Гуревича, одного из самых богатых людей губернии, владельца завода сельскохозяйственных орудий в Каховке и нового строящегося в Херсоне. Гуревич протянул машинисту раскрытый золотой портсигар. Закурили, познакомились, разговорились. Узнав, что незнакомец был механиком на флоте, а теперь хочет подзаработать деньжат, чтобы вернуться домой не с пустым карманом, Гуревич предложил ему неплохой заработок на своем новом строящемся в Херсоне заводе. В результате – ударили по рукам.

«Так в 1907 году я стал работником завода Гуревича в Херсоне. Город не был для меня новым. В нем я еще пятнадцатилетним юнгой начинал морской путь на парусной шхуне. Со временем перешел на пароход “Одесса”, совершавшем рейсы с зерном из Херсона в египетский порт Александрия», – вспоминал позднее машинист Федор Предтеча.

Толчком для написания песни послужила смерть друга Предтечи кочегара Василия Гончаренко, произошедшая на пароходе «Одесса» в Красном море на пути в Херсон.

«Упал, сердце больше не билось», – скорбно сообщил тогда морякам Предтеча, поднявшись на палубу. А сцена похорон друга отображена в словах песни: «К ногам привязали ему колосник и в койку (брезентовый гамак. – Прим. авт.) труп обернули» (тогда умерших в рейсе моряков хоронили в море. – Прим. авт.).

«После похорон Василия, – рассказывал Федор, – я закрылся в кубрике и огрызком карандаша изложил боль своей души на бумаге. Ну а мотив подсказали сами слова».

Естественно, что первый раз эту песню как реквием товарищу спели матросы «Одессы» на поминках его прямо в море.

Работая в Херсоне, Федор попал под влияние большевиков. В архиве ВМФ РФ хранится документ, в котором при описании забастовки рабочих заводов и портовиков Херсона в январе 1908 года упоминается такой факт: «Впереди демонстрации шел гармонист, и все громко пели “Раскинулось море широко”».

Понятно, что им был Предтеча, который никому не сказал, что является автором песни. Исаак Гуревич был об этом уведомлен. Но, будучи заинтересованным лишь в том, чтобы иметь толкового механика, замял дело в губернском жандармском управлении. Лишь благодаря этому Федор Предтеча не попал в тюрьму. Спустя полгода не без рекомендаций Гуревича он вернулся на флот.

Дальнейший жизненный путь моряка Федора Предтечи был как у большинства граждан: революция, война и снова война. Но херсонский период оставил определенный след в его жизни. Об этом говорит надпись на фотографии, подаренной Фёдором херсонским комбайностроителям: «На память коллективу Херсонского орденоносного завода имени Г. И. Петровского от автора песни “Раскинулось море широко”, где в годы первой русской революции она впервые сошла на берег, чтобы зазвучать по всей стране и даже во всем мире».




 

Скороход Александр Николаевич Сухопаров Сергей Михайлович