В вине истина, и не только…




«Что лучше - кабала заграничного капитала или отмена сухого закона? Ясно, что мы остановились на водке».

Иосиф Сталин

 

Государственная торговля алкогольными напитками - это палка о двух концах: колоссальные денежные поступления в бюджет и деградация нации в результате спивания народа.

При Екатерине ІІ, в конце ХVIII столетия, водочные доходы составляли треть государственного бюджета, в 1862 году - уже половину, а при Николае ІІ - больше половины всех поступлений в казну. Такой «пьяный» бюджет был рекордным для Европы.

Мировая практика борьбы с «зеленым змием» путем введения в странах сухого закона или ограничений была неэффективной. В этом убедился «главный трезвенник» бывшего СССР, который, не учтя уроков истории, наивно полагал, что Постановлением ЦК КПСС от 18 мая 1985 года разрубит этот «гордиев узел». Правда в истории Российской империи все же был случай, когда пьянству и алкоголизму был дан настоящий бой. При этом победный.

А дело было так.

Середина ХІХ века стала для России апогеем как по размеру прибыли от продажи водки, так и по уровню деградации народа от злоупотребления ею.

Реклама винно-гастрономического магазина А.С. Пембека«В 1857 году в Херсоне было жителей 36894 души обоих полов.

В 1857 году было: лавок 263, трактиров 12, питейных домов 73, винных погребов 38». («Материалы для географии и статистики России». Составитель - подполковник Генерального штаба А. Шмидт, С.-Петербург, 1863.) Поскольку светская власть ради получения сверхприбыли поощряла пьянство и алкоголизм, то в борьбу с этим вступила власть духовная. В 1859 году Святейший Синод (высшее учреждение, управляющее православной церковью) постановил, что «благословляет священнослужителей ревностно содействовать возникновению в городах и сельских сословиях благой решимости воздержаться от вина». Следует отметить, что тогда народ независимо от звания был не только набожным, но и богобоязненным. Горожане и крестьяне целыми общинами стали отказываться от винопития, клялись на иконах и крестах священнослужителей не брать в рот спиртного. Дело дошло до того, что перепуганные падением выручки трактирщики и кабатчики стали завлекать херсонцев дармовой выпивкой. Казалось бы, что «зеленый змий» низложен. Ан нет. Испугалось государство: зашатался, грозя падением, «пьяный» бюджет державы. Император Александр ІІ через министра финансов сделал внушение Синоду: «Совершенное запрещение горячего вина (водки) не должно быть допускаемо...» И вердикт о поддержке церковью движения за трезвость был отменен. К тому же Александр ІІ издал указ, гласивший: «Прежние приговоры городских и сельских обществ об удержании от вина уничтожить и впредь городских собраний и сельских сходов для сей цели не допускать». И все вернулось на круги своя.

Радости торговцев не было предела. Во всех херсонских трактирах и кабаках появились портреты императора, которые призваны были, по идее, дисциплинировать любителей оковитой. На самом же деле таким образом трактирщики, корчмари, кабатчики постарались выразить свою признательность Александру ІІ. А херсонские жандармы громили ячейки Общества трезвости с намного большим рвением и усердием, чем кружки социалистов.

 

 




 

Скороход Александр Николаевич Сухопаров Сергей Михайлович