«Апостол Джон» похоронен в Херсоне. Но где?




Исследуя судопроизводство и условия жизни заключенных конца ХVIII века, Джон Говард объездил полмира, преодолев более 68 тысяч километров. Россия привлекла филантропа тем, что была единственной тогда страной в Европе, где не применялась смертная казнь. Люди умирали на каторге. Херсон стал последним городом на жизненном пути англичанина

 

Как это было

Теплым октябрьским днём 1789 года, утопая колесами в мягкой херсонской пыли, к адмиральскому дому подкатил дормез (большая карета, приспособленная для сна в пути). По откидным ступенькам из него вышел тощий старик небольшого роста в костюме табачного цвета и грубых башмаках. Лицо его было иссечено сетью морщин, а глубоко запавшие глаза и большой горбатый нос придавали его облику что-то апостольское. Присутствовавшие при этом херсонцы подумали, что старик, видать, – персона важная, если сам адмирал Мордвинов выслал своего адъютанта его встречать. Интерес к иностранцу ещё больше возрос, когда стало известно, что приезжий снабжен бумагами, подписанными самой Екатериной ІІ, и, по словам его слуги, хозяин мяса и вина в рот не берёт. Ест только овощи, а самое любимое его лакомство – репа, фаршированная сорочинским пшеном со сливками. Ещё больше поразило обывателей, что приезжий всю жизнь осматривает тюрьмы, лечит колодников, кормит их за свой счёт, а потом печатает книги об их страданиях и убеждает всех, что арестантов надо жалеть. Джон Говард первый в мире начал борьбу за гласность и открытость судопроизводства. В своих книгах он писал, что даже преступник, совершивший тяжкое преступление, должен быть судим только по Закону, без предвзятости судьи или заинтересованной стороны. Херсон привлек внимание гуманиста тем, что в нем находилось три тюрьмы. Узнав имя иностранца, херсонцы прозвали его Иваном. Это очень польстило англичанину. Говард поселился на втором этаже дома по Эгизовской (ныне улица Суворова). А после знакомства с купцом Дофине, французом по происхождению, он стал жить на его хуторе (село Степановка, Белозерский район).

Джон ГовардСо временем интерес у жителей Херсона к Говарду пропал. И когда он брёл со своим слугой по Почтовой (ныне проспект Ушакова) и, минуя городские ворота (район областной больницы), скрывался за массивными воротами каторжно-пересыльного замка, для херсонцев это было уже обыденным зрелищем.

Рождество и Новый год Говард встретил в Николаеве, осматривая тюрьму и лазареты.

6 января 1790 года он возвратился в Херсон. Через три дня к нему обратился богатый помещик Федор Комстадиус с просьбой оказать медицинскую помощь его больной сестре, которая проживала в Фалеевке (ныне село Садово, Белозерского района). Вначале англичанин ему отказал, мотивируя тем, что лечит только бедных. Но уступил настоятельным просьбам помещика. При повторном вызове он отправился в Фалеевку верхом. И это – в январские слякотные дни, и в его возрасте (64 года). Для Говарда эта поездка стала фатальной. Сегодня установить причину его смерти невозможно. По разным источникам, это горячка (лихорадка), простуда (воспаление легких) или тиф. Не исключено, что им он мог заразиться от больной.

За время болезни Говарда его дважды посетил унтер-офицер из охраны Тюремного замка. До каторжников дошла весть о болезни их благодетеля и они скинулись по копейке, чтобы заплатить охраннику за поход в город. На собранные колодниками деньги унтер поставил свечки в соборе за здравие англичанина, зная наперед, что тот не православного вероисповедания.

Чувствуя приближение смерти, Джон Говард сделал контр-адмиралу Пристману устное завещание: «… Мысль о смерти не имеет для меня ничего ужасного. Я чувствую, что должен умереть. Сегодня или завтра, всё равно. Истление есть жребий человека. Не переносите моего праха в Англию, там, как и здесь, буду я в одном расстоянии от неба. Похороните меня там, где я любил прогуливаться (хутор Дофине – авт.). Я не желаю ни памятников, ни надписей, но хотел бы, чтоб на моей могиле были поставлены солнечные часы».

20 января 1790 года в 5 часов утра Говард скончался. Присутствовавший при этом адмирал Николай Мордвинов собственноручно закрыл глаза покойному и приказал снять с его ещё не искаженного смертью лица гипсовый слепок. Все личные вещи умершего (часы, деньги, документы и прочее), включая знаменитый чайник, с которым он не расставался во время своих странствий, были пересланы на родину Говарда, в Бедфорд.

Согласно воле усопшего, он был похоронен на хуторе Дофине, на левом берегу речки Веревчина (сегодня это в конце улицы Некрасова). Адмирал Мордвинов и генерал-майор Кобле на могиле Говарда установили белокаменный обелиск с солнечными часами. Кроме имени и года смерти, на колонне были выбиты две строки: Ad sepulchrum stans guidguid est amici, с переводом: «Кто б ни был ты, здесь друг твой скрыт».

Через несколько лет после похорон филантропа неожиданно по Херсону пополз слух, что гроба с прахом Говарда в могиле нет. Он-де украден оттуда и похоронен в другом месте. Со временем это нелепое предположение было забыто. Но уже в 1852 году «Херсонские Губернские Ведомости» со ссылкой на журнал «Москвитянин» (№ 10) опубликовали следующее: «Носится в городе филантропа (Херсоне – авт.) темное предание, будто по смерти вынуто его сердце и погребено в какой-то деревне… Решить вопрос о том можно только на месте, чего мы и ожидаем от господина Негрескула, собирающего материалы для биографии (Говарда – авт.)».

В одном из последующих номеров (13-16) журнала «Москвитянин» Василий Негрескул сообщает любопытные данные: «Более всего он (Говард – авт.) был в хороших отношениях с иностранцем Ле Руа, который впоследствии застрелился на том же хуторе (Дофине – Степановка – авт.). Следы могилы Ле Руа видны около памятника Говарду и теперь.

Ле Руа был лицом не разгаданным, таинственным для современников: многие херсонцы считали его тайным агентом. Но верно, что жил он открыто, богато, любил гостеприимство, славился редким образованием, необычным знанием европейских языков… Его постигло, наконец, несчастье: влюбился, но встретил сильного соперника. С отчаяния отринутой любви он застрелился.

Тогда по Херсону ходили слухи, что Говард и Ле Руа были влюблены в одну и ту же даму. Последняя предпочла Говарда, что привело к самоубийству его соперника».

Сегодня, по прошествии более двух веков и при отсутствии документальных данных, эта версия не кажется неубедительной. «Шерше ля фам» (ищите женщину). Именно так поступил корреспондент того же «Москвитянина» Иван Кульжицкий, сделавший на страницах журнала сенсационное сообщение: «…В 8 верстах от местечка Немирова Подольской губернии Брацлавского уезда в селе Ковалевке имел свою резиденцию, как тогда говорили, граф Щесной (Феликс Потоцкий). Жена графа была сентиментальная дама и большая филантропка. Графиня Потоцкая питала к имени Говарда такое почтение, которое доходило почти до обожания. Вот когда в Ковалевке было получено извещение о смерти и погребении Говарда в Херсоне, чувствительная графиня со слезами на глазах пристала к своему мужу Щесному-Потоцкому, чтобы гроб с останками филантропа был непременно перевезен в Ковалевку. Он не мог противиться слезам супруги. Велел приготовить несколько краковских бричек, наполнил их своими надворными казаками, вооруженными с головы до ног, и послал их к Херсону…» Судя по тексту статьи, все произошло так, как хотела графиня: «Когда гроб Говарда был привезён в Ковалевку, его с великим парадом и церемонией предали земле в прекрасном графском саду на острове серед озера. Вскоре затем графиня над этой новой могилой устроила великолепный памятник, который и теперь стоит, осененный густыми деревьями…» Желая проверить эту информацию, Василий Негрескул обращается к родственнику графа Болеславу Станиславовичу Потоцкому. В своём письме последний писал: «…Я обращался к жившему в Варшаве сыну графа – графу Францу. Но он мне ответил, что о слухе знает, но о достоверности его уверять не может. Итак, я могу служить вам только рисунком памятника, находящегося в саду Ковалевки на острове среди озера. Изображение его на лицевой стороне – пеликан и бюст Говарда».

Так где же упокоился Говард? Вероятнее всего, в Херсоне, а сердце его – в Ковалевке. Случаи отдельного захоронения тела и сердца истории известны. Так были похоронены, к примеру, князь Григорий Потемкин и композитор Фредерик Шопен.

Как бы там ни было, но нет дыма без огня. Наличие праха Говарда в могиле под Херсоном интересовало его современников. В 1812 году во время осмотра учебных заведений Херсонской губернии могилу филантропа посетил профессор Харьковского университета Дигуров. В своих записках он отметил, что памятник англичанину полуразрушен.

Памятник Джону Говарду в ХерсонеУкраинский писатель и этнограф Александр Афанасьев-Чужбинский, заинтригованный судьбой праха Говарда, писал: «…Явился сторож, одноглазый старик, и засвидетельствовал, что мы действительно попали к могиле Говарда… Слово за слово, я начал наводить старика на мысль, не знает ли он, каким образом открыли гробницу Говарда, и он тотчас же удовлетворил моё любопытство. Могила лежала ничем не огражденная. Никто не знал, что за человек в ней похоронен, но ходила молва, что с покойником зарыта была крупная сумма. Однажды каким-то жителям хутора захотелось удостовериться в справедливости предания и они начали подкапываться. Их схватили и посадили в острог. Местные власти решили послать в склеп одного из благонадежных поселян, который удостоверился бы собственными глазами, что сокровищ никаких не скрыто в могиле… Посланный крестьянин снимал крышку гроба и видел покойника, покрытого парчою. Денег никаких старик не видел, но говорил, что на пальцах у трупа были драгоценные кольца. С тех пор могилу накрепко обложили камнями» (1863 г.).

Последнее упоминание о могиле Говарда прозвучало в историческом очерке (1899 г.) Н. Н. Шипова «Достопримечательности г. Херсона»: «Могила Говарда находится в четырех верстах (4,3 км) от Херсона. Она стоит на высоком холме, среди огородов, каменоломен и хуторов… Железные двери ведут к подножию мраморного памятника… Недалеко от могилы по глубокой балке тянется вековой запущенный сад, а на другой стороне балки виднеются каменные здания колонии душевнобольных».

 

История обелиска

В 1817 году Александр І, используя возможность укрепить симпатии Англии, принял решение установить на могиле известного филантропа новый памятник и отдал распоряжение Кабинету министров об ассигновании денег. К этому делу был привлечён известный архитектор Василий Стасов.

В мае 1818 года Александр І посетил Херсон. Гражданский губернатор граф Карл Сен-При предложил ему не трогать памятник на могиле, а воздвигнуть в Херсоне, при въезде в город со стороны Николаева, напротив места строительства каторжно-пересыльного замка, новый (без перезахоронения праха). Император одобрил это решение. К концу мая 1820 года памятник был построен. Пьедестал и обелиск были составлены из блоков ингулецкого известняка, а солнечные часы сделаны из позолоченной меди.

Вокруг памятника была устроена круглая каменная ограда с железными воротами.

Черная надпись на памятнике гласила: «Говард. Скончался 20 января на 65 году от рождения».

 

Полтора столетия спустя

В вихре исторических событий начала ХХ века имя английского филантропа было забыто. Даже наименование улицы – Говардовская – мало о чем говорило горожанам. Как вдруг призрак Говарда появился в стенах херсонского горисполкома...

В 1947 году премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль в своём выступлении в Фултоне положил начало «холодной» войне с СССР. А в Херсоне центральная улица носит имя англичанина! Надо же такое! Местная власть бросилась исправлять свою ошибку. Но, конечно, в своем стиле правления: «Идя навстречу пожеланиям трудящихся, переименовать Говардовскую в проспект Ушакова».

В 1950 году было принято решение о создании Степановского каменного карьера. В периметр его зоны вошла одиноко стоявшая могила Говарда. Бывший технический руководитель каменоломни П. С. Фетисов свидетельствовал, что прах англичанина был перенесён на старое Степановское кладбище без установки каких-либо ориентиров. Памятник снесли бульдозером. Таким образом было похоронено место захоронения всемирно известного гуманиста и филантропа.

В 1990 году Великобритания отмечала 200-летие со дня смерти своего соотечественника. Англичане полностью были осведомлены, как херсонские городские чиновники отнеслись к памяти Говарда: 1947 год – переименование улицы; 1950 год – перезахоронение, если это можно так назвать, без координат; 1977 год – разрушение дома, в котором он жил. Только из чувства вежливости и этикета (все же Говард умер в нашем городе) чопорные англичане пригласили херсонцев на чествование памяти филантропа. С какими глазами чиновники обкома КПУ и Общества охраны памятников истории (!) приняли приглашение! Это с их молчаливого согласия была стерта с лица земли могила филантропа и человеколюба.

Р. S. Зерна гуманного отношения к человеку, пусть даже преступившему Закон, брошенные Говардом, дали ростки в Херсоне. Два года активно ведёт работу в наше непростое время Комитет по защите прав и свободы человека имени Джона Говарда. Это за счет Комитета сооружен памятник филантропу на предполагаемом месте второго захоронения. Здесь вполне уместно библейское выражение: «Ложь во спасение».

Р. Р. S. В 2001 году посол Великобритании в Украине в торжественной обстановке открыл Музей Джона Говарда в стенах Киевской академии внутренних дел, куда доступ граждан весьма ограничен. Жаль. Ведь это могло произойти в Херсоне.




 

Скороход Александр Николаевич Сухопаров Сергей Михайлович