Георгиевич и его четвероногие любимцы




Как правило, у каждого человека есть свое хобби. У моего героя - разные четвероногие, четверолапые, которые, как on утверждает, скрашивают и продлевают ему жить.

 

За уже слегка согбенной спиной Георгиевича - 75 прожитых лет. 50 из них - напряженная работа на всех видах автотранспорта. Пенсия «вышла» сносная, жить можно. Но куда ей угнаться за постоянно растущими ценами и тарифами?!..

В семье - пять взрослых, дети, внучка - все трудятся. И Георгиевич и его «половина» (тоже Георгиевна и 50 лет трудового стажа) вполне могли бы вести спокойную, размеренную жизнь пенсионеров, ничем особо себя не утруждая. Разве что так - по двору, по дому что - то. Нет же! Не в характере это Георгиевича! Уйдя на пенсию, нашел себе занятие, заботу, прибавив хлопот и себе, и членам семьи. Да все. получается, не на благо, а на лишние расходы. А все тому необычная любовь, необузданное пристрастие ко всяким четвероногим да четверолапым.

Дашка привела четверо козлят. И все - «мальчики»! Георгиевич со своими любимчиками. Май 2007 г.
Дашка привела четверо козлят. И все - «мальчики»! Георгиевич со своими любимчиками. Май 2007 г.

Прежде всего - коты-дармоеды. Их трое, разных мастей, характеров и шкодливых привычек. Шныряют, принюхиваясь, по двору, по дому, выискивая что-то вкусненькое. Удовлетворившись до отвала, дремлют себе на солнышке, а мыши порой чуть ли не по их спинам бегают, оставляя в злачных местах следы чего-то съеденного, надгрызенного, подпорченного. И все это котам сходит «с рук», словно они созданы и живут здесь для одной утехи. Балует их семейство. Ох, как балует! А они. паршивцы, совсем отучились выполнять свои элементарные кошачьи обязанности. Их. переступая, даже собаки не шевелят, не тревожат.

В хозяйстве их трое: любимчик всей семьи китайский пекинес Боня с милейшей, потешной, всегда улыбающейся, ну прямо тебе человеческой мордашкой; дворовой «звонок» дворняжка Чипа (облезлым щенком Георгиевич подобрал на мусорнике), который, подросший, залоснившийся, так и норовит куснуть за ногу малознакомого человека. Автор на себе испытал эту любезность. Ну а во главе этой «псарни», конечно же. «восседает» Эльза - московская сторожевая овчарка, из комочка шерсти, вмещающегося на ладони, за два года превратившаяся в увесистого теленка. Между прочим, ее лай уж больно напоминает раскатистый гудок морского теплохода. Примечательно, что коты и собаки в этом дворе живут дружной, мирной семьей - никогда не сорятся, не скубутся, играются и всегда готовы встать на защиту друг друга.

А вот главной страстью, непоколебимым увлечением Георгиевича являются... козы. Со стороны уследить за их количеством невозможно. Плодятся они как мыши. Смотришь: тут тебе было трое, а через некоторое время уже целый десяток! Не регулируй Георгиевич этот процесс (забивает, дарит родственникам, знакомым) его стадо с трудом бы помещалось во дворе. Подвижные, потешные, смешливые и... хитрющие, эти «твари» ходят за Георгиевичем по пятам, трутся, ластятся об его ноги, заискивающе заглядывают ему в лицо, лижут руки, окажись в них какой-то сухарик. А Георгиевич, довольный, счастливый, с подчеркнутым чувством хозяина, собственника, поочередно поглаживает их по спинам, затылкам, оббирает прилипшие к шерсти репьяхи, какие-то колючки.

По утрам и в предвечерье (днем слепни, мухи козам житья не дают) Георгиевич вяжет за шею веревкой самую рослую Милку - атаманшу и отправляются: сам он - на неспешную прогулку, а козы - на пастбище. Это всего в пяти шагах от калитки-боковушки на его задворье. «Гуляет» здесь пустырь в десяток гектаров вместе с котлованом и карьером. Простор! Красота! Всего в каких-то ста метров - одна из самых оживленных магистралей Херсона, всякие там магазинчики, бутики, забегаловки - шум, гам, движение транспорта, людей... А тут тишина, покой, только птички чирикают на одиноких деревьях. И всегда море травы! Самой разной! И «косят» выборочно козы травку, перебегая с места на место. Георгиевич, шествуя за ними, буквально млеет от такой идиллии - рядом город, а тут... степной уголок и его родные козочки. Думается, не было бы этого пустыря рядом, вряд ли бы Георгиевич додумался обзаводиться козами. «Наслаждаюсь. Отдыхаю. Никто тебя не пилит, плохого слова не скажет», - не раз он делился со мной.

Месяц назад его любимица Дашка привела сразу четверо козлят. И все - «мальчики»! «Редкий случаи!» - пришли к выводу окрестные коллеги-козоводы.

Все это, конечно, хорошо, приятно. Стадо сразу удвоилось. Но семья встала на дыбы, тут же поторопилась освежить в памяти Георгиевича давно «висевший» вопрос: «А не пора ли кончать с этими козочками?». Дескать, что толку от них? Кроме Георгиевича никто в семье козье молоко не пьет, козье мясо - не едят. А сколько с ними мороки, забот - невпроворот! Одного сена с хорошую копну за зиму съедают. Сотнями килограммов приходится закупать комбикорм, отруби, цена которых взлетела и держится заоблачных высот. Да и возраст, наконец! .. Для молока Георгиевичу хватило бы и одной козы. Да и псарню, и кошачье семейство «проредить» бы не мешало...

Задумался, пригорюнился Георгиевич. Опустив голову, пошел в сарайчик, выкатил тележку, взял косу и отправился к стоявшим невдалеке многоэтажкам, вокруг которых после двух дождливых дней поднялось буйное, сверкающее на солнце разнотравье. Козочкам (еще один приплод ожидается) на зиму ведь сенцо потребуется.

Май 2007 года




 

Коршун Владимир Никитенко Сергей